Бывший офицер спецназа Антон Иванов, потеряв в войне близких людей, превращается в легендарного командира боевиков по имени Сыч. За крупное вознаграждение он берется уничтожить группировку полевого командира. Месть становится для него делом чести, ведущим к опасной игре, где одна ошибка...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Дело чести»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Бывший офицер спецназа Антон Иванов, потеряв в войне близких людей, превращается в легендарного командира боевиков по имени Сыч. За крупное вознаграждение он берется уничтожить группировку полевого командира. Месть становится для него делом чести, ведущим к опасной игре, где одна ошибка...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Лев Николаевич Пучков Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
Бывший офицер спецназа Антон Иванов, потеряв в войне близких людей, превращается в легендарного командира боевиков по имени Сыч. За крупное вознаграждение он берется уничтожить группировку полевого командира. Месть становится для него делом чести, ведущим к опасной игре, где одна ошибка...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Дело чести» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Иначе получится, что с твоей легкой руки опять пострадает кто-то левый, непричастный к тому зверству… Ну так что?
— Ладно, — неохотно выдавил Мурат. — Слушай сюда…
Глава 9
…Нехорошо расположен поселок Челуши. Высокий скалистый берег Терека полностью исключает возможность скрытного подхода и внезапного нападения со стороны реки. Чтобы забраться отсюда, нужно иметь первоклассное альпинистское снаряжение и мастерство «снежного барса». С трех других сторон поселок окружают пологие каменистые скаты древнего холма, на вершине которого в незапамятные времена кто-то из первых Бекмурзаевых заложил каменную хижину.
Длина этих скатов от вершины до того места, где спуск плавно переходит в обширную равнину, составляет от полутора до двух километров, они прекрасно просматриваются невооруженным взглядом на всем своем протяжении и, несмотря на упомянутую выше пологость, недоступны для транспорта из-за многочисленных складок и гигантских карманов, образовавшихся еще в те времена, когда повсюду на земле кипела вулканическая масса.
Транспорт может подняться сюда лишь по единственной дороге, которая денно и нощно охраняется усиленным «нарядом» из аксакалов, что режутся в нарды в чайхане, расположенной у самого въезда в село. А в пешем порядке — откуда ни заходи — тебя увидят еще в самом начале восхождения. Увидят, и сделают выводы, и доложат кому надо…
Есть такое расхожее изречение: «Все возвращается на круги своя…» Раньше я как-то не придавал ему особого значения, как, впрочем, и остальным подобного рода оборотам, почерпнутым из глубины народной мудрости. Некогда было обращать внимание на такие мелочи: были, знаете ли, дела поважнее, нежели вдумчивый разбор словесных хитросплетений, передающихся из поколения в поколение.
А зря не придавал. Надо было поосторожнее относиться к этим своеобразным магическим формулам, которые сплошь и рядом доказывают с беспощадной жестокостью: ничего в этом мире просто так не происходит. Практика подтвердила: все в жизни взаимосвязано и взаимонаказуемо — дай срок, и цикл завершится, вернувшись в исходную точку, из которой в свое время ты стартовал по скользкой дороге, наивно полагая, что сам управляешь своей судьбой…"
"В самом начале этой скверной истории, если помните, мы с Сашкой Кошелевым (для своих — Джо) валялись здесь, на перевале, и лениво поглядывали в бинокль на замурованное в каменный мешок село. Чем мы тогда были озабочены? Черт, столько времени прошло… Ах да — мы, наивные придурки, планы строили. Полагали, что мы самые крутые, непотопляемые, этакие господины — господинчики своей судьбы, и вообще типа того, семи пядей во лбу. Полагали, что все в этой жизни подвластно нашей воле. Возможно, с того момента и начались мои злоключения.
