— Мои собственные адвокаты говорят, что нет способа разрешить эту проблему, то есть если ребенок уже передан на усыновление, то вопрос решен. Они утверждают, что Елена никоим образом не выходит за рамки своих прав, отказываясь отвечать на любые вопросы. Утверждают, что узнать местонахождение ребенка представляется невозможным.
Мейсон задумался."
"— Мой подход следующий: я считаю, что если одна теория в деле оказывается неудачной, я пытаюсь обойти это положение и найти какую-либо другую. В конце концов, главное — под каким углом посмотреть на дело. Мы, адвокаты, называем это правовой теорией, на которой строится дело.
— И как это связано с моей проблемой?
— Иногда это играет большую роль. Адвокату необходимо воображение. Иногда идя по одной правовой дороге и встречаясь с препятствием, необходимо вернуться назад и попробовать пойти по другой.
— Да, но в этом случае нет никакой другой дороги. Мои адвокаты сдались.
Мейсон прикурил сигарету и задумчиво затянулся.
— А может быть, и есть.
— Может быть, есть что?
— Другая дорога.
— Боюсь, Мейсон, это не так. Мне кажется, даже ваша изобретательность не поможет нам выйти из этого юридического тупика.
Мейсон терпеливо сказал:
— Я думаю, я в состоянии показать вам, что имею в виду под термином «правовая теория». Формально ваш сын считается пропавшим без вести, не так ли?
— Да, мне кажется, именно так, поскольку его тело никогда не было найдено и опознано. Вместе с тем я уверен в его смерти.
— Именно так, — сказал Мейсон. — И если подойти к рассмотрению вашего дела с этой правовой теорией, то вы попадаете в тупик.
— Мы попадаем в тупик в любом случае.
— Однако, — продолжал Мейсон, — предположим, что мы придерживаемся теории, будто ваш сын, может быть, жив.
— Но ведь нет ни одного шанса…
— Официально он считается пропавшим без вести.
— И что это нам дает?
— Это дает нам очень многое. Человек должен считаться пропавшим без вести в течение семи лет, и лишь после этого он считается умершим.
— Но ведь он фактически мертв. Я не вижу, чего мы добьемся, выжидая еще семь лет.
— Неужели вы не понимаете, что в соответствии с этой теорией ваш сын считается лицом, пропавшим без вести? Необходимо будет выждать семь лет для того, чтобы юридически он считался умершим. В течение этих семи лет необходимо согласие обоих родителей на то, чтобы ребенок был передан на усыновление.
Лицо Барстлера осветилось улыбкой понимания.
— Боже мой, Мейсон! Вы решили проблему! Вы ее решили!
От волнения Барстлер вскочил из кресла.
— Мы выиграем это дело. Мы потребуем привести ребенка в суд. Мы добьемся, чтобы не было вопроса о передаче его на усыновление.