Автор
В холле адвоката Перри Мейсона сидит Эллен Эйдер, уверенная в том, что его прием позволит решить ее крайне серьезную проблему. Делла Стрит передает сообщение, и Перри немедленно осознает: дело о королеве красоты.
– Только инициалы… Но была там одна фраза, которая ужасно меня обеспокоила.
– Что за фраза?
– Фраза гласила: «Подписалась на „Кловервилльскую газету“».
– Где этот дневник сейчас?
– Я его спрятала.
– Где?
– Где его никто не сможет найти.
– Не будьте чересчур уверенной в этом, – бросил Мейсон. – В полиции люди дотошные.
– А я очень изобретательна.
– Вы еще очень и очень неопытны. Но оставим это. Если полиция сможет доказать, что вы побывали там два раза, то есть еще до поездки вместе со мной, и если она сможет доказать, что вы похитили дневник, она сразу же предъявит вам обвинение в убийстве.
– Что же мне делать? – обеспокоилась женщина.
– Пока ничего, – ответил Мейсон. – Самое главное – сохранять спокойствие. А когда полиция начнет задавать вам вопросы, заявить, что на них за вас будет отвечать адвокат.
– А это не усугубит моей вины?
– Если вы начнете отвечать на их вопросы, – ответил Мейсон, – вы наверняка окажетесь виноватой. Они поймают вас на противоречиях и лжи, подстроят ловушку, и вы в нее попадетесь.
– Но если я не буду ничего говорить, они тоже посчитают меня виновной.
– Если вы будете держаться спокойно, у вас будет больше шансов, – ответил Мейсон. – Да, они сочтут вас виновной. Они арестуют вас и предъявят вам обвинение в предумышленном убийстве. Но они должны будут доказать, что именно вы убили Агнес Берлингтон и что у вас имелись причины для этого.
– Но кто ее убил… у того ведь были основания…
– Да, и тем не менее вам придется примириться с необходимостью предстать перед судом и с тем, что вам предъявят обвинение.
– Может быть, вам дать этот дневник, если он вам поможет? – спросила Эллен Эйдер.
– Я являюсь на суде официальным лицом, – ответил Мейсон. – И я не имею права скрывать улики. Я должен буду сообщить об этом дневнике суду, если хоть несколько секунд подержу его в руках.
