В комнате общежития шестеро парней переглядываются с облегчением: они поступили в институт вместе, чувствуя себя единицами среди других выпускников. Внезапный успех кажется невероятным чудом, и радость Ивана распространяется по всей комнате.
Молодежь его уважает.
Они вышли из кабинета, сели в машину и Тарас отвез Шилова домой. Иван сразу увидел свет в своем окне. Вернулась супруга…
— Благодарю… — Иван вышел из машины.
Лифт, как всегда, не работал. Лестница была заплевана малолетками, которые собирались по вечерам, пили пиво, курили «химку», нюхали «Момент» и горланили песни присущие поколению «Пепси» под бездарный гитарный звон. Сейчас подъезд был пуст. Наверно, еще не пришло их время.
Лена открыла дверь, и посмотрела на Ивана:
— Что, не мог раньше появиться?
— Извини, работал.
— Опять начинается? Мне твоя работа уже в печенке сидит. Ты вообще будешь обращать внимание на свою семью? Ты когда последний раз играл с дочкой? Ребенок тебя уже три недели не видел! Она постоянно спрашивает — где папа? А где папа? А папа допоздна пропадает, черт знает где! Папе бандиты всегда были важнее, чем собственный ребенок! Всех бандитов не переловишь, а семья разваливается! Хоть это ты понимаешь?
— Лена… — Иван попытался обнять и поцеловать жену, чтобы успокоить её, но она отстранилась:
— Не прикасайся ко мне! Ужин на столе!
Шилов разулся, заглянул в детскую, чтобы поздороваться с дочкой, и молча прошел на кухню.
Выпив чаю, Иван прошел в детскую. Света видимо давно ждала, когда отец подойдет к ней.
— Почитай мне книжку…
Дочка протянула отцу красочную книжку с большим рисунком Буратино на обложке.
— Давай…
Иван читал эту книгу дочке не менее ста раз, но никогда не отказывал ей прочитать снова. Знакомый детский психолог как-то разъяснил этот феномен: детям значительно интереснее послушать уже знакомое, переживая заведомо известные события, чем слушать что-то новое. Это как для взрослых песню петь — куда интереснее петь то, что знаешь, чем пытаться петь ту, слов которой не ведаешь.
Иван посадил дочку на руки и начал читать.
Юрьев засиделся в кабинете допоздна. Он перелопатил массу документов, копий рапортов и сообщений агентуры. Картина в основном была ясна. В городе назревал передел криминальной власти, вызванный неспособностью Макара правильно вести дела. Какие доказательства против Слона и Фиксы? Одно пятно крови, обнаруженное на месте происшествия отличалось по группе и резус-фактору от крови Чифа и Лося. Это еще ничего не говорит.
