Попаданка оказывается в мире эпохи Нового времени, где привычная иерархия не существует. Ей предстоит разобраться в сложных интригах, найти своё место в обществе и разрешить конфликт, касающийся родовой чести. Романтические отношения со взрослыми людьми добавляют драматизма её необычной судьбе.
А Навия вдруг вспомнила, что все жрецы Фируны – сильные маги, причём часто – эмпаты. И она по-настоящему испугалась. Ведь неизвестно, чем обернётся разоблачение и ей, и дочери. Она постаралась взять себя в руки, скрыть страх в первую очередь. А показывать спокойствие и интерес. Но получалось откровенно плохо. Душа трепетала и чувствовала себя не на месте в буквальном смысле.
Однако пока ничего страшного не происходило. Жрец внимательно смотрел на неё, но не выражал агрессии и недовольства. И она прослушала, что он сказал. А жрец, видя, что она никак не отвечает, продолжил:
– Я хорошо знал ваших родителей и рад, что поместье перешло в достойные руки.
«Фф-у-х, кажется всё нормально», – отпустило Навию, и она начала вслушиваться внимательнее.
– Давайте пройдём к книге записей браков. Если ваш брат где-то в королевстве провёл обряд в храме, то это будет записано во всех книгах.
Все вместе они прошли в небольшую комнату, которая находилась за алтарём. Там на столе лежала большая массивная книга в старом, грубом кожаном переплёте. И Навия вдруг чётко поняла, что открыть эту книгу может только жрец. И что здесь действует магия более высокого порядка, чем магия мира. Это скорее – божественная магия.
Жрец подошёл к книге и положил руку на переплёт. Через мгновение он открыл первый лист и медленно, чётко произнёс – Джаеш Редди. Листы книги зашевелились и начали сами перелистываться. Все трое застыли в молчании. Жрец – в спокойном и привычном, Гобен – в благоговейном, а Василина – в восторге. Для неё – жительницы техногенного мира такое яркое проявление магии было сродни чуду.
Но вот шелест страниц прекратился. Жрец склонился к книге, бровь его удивлённо вскинулась, но быстро вернулась на место. Он повернулся к Навии и сказал:
– Брак заключён год назад с графиней Аликаной Гамаррен.
Василина с трудом удержала удивлённый возглас. Уж это-то имя она запомнила навсегда, как и снимок в медальоне, который был на дочке. Получается, что её дочка – это её родная племянница? Но сейчас думать об этом было некогда.
Она опять свела руки лодочкой у груди и, склонив голову, поблагодарила жреца. Он в это время сделал пасс и ему в руки опустился лист-копия с записью из книги. Жрец протянул ей эту копию и, улыбаясь спросил:
– А забирать договор о намерениях не будете?
– Какой договор? – не сразу поняла Василина."
"– Договор, который оставила ваша сестра. Она должна была совершить обряд помолвки в нашем храме с герцогом Риентским, но ни один из них на обряд не явился.
