— Проедем Гнилую яму, а там минуты три, если память не подводит…
— Ну и названьица у вас… — Туманов машинально снизил скорость, чтобы не повредить бампер.
Яма оборвалась за поворотом, потянулся длинный извилистый подъем. На вершине холма все изменилось, лес потемнел, жухлая трава стояла по пояс. Несколько подъемов, спуск. Справа показалось дощатое догнивающее строение с окнами-глазницами. Назначение его оставалось неизвестным, сама деревня находилась в глубине леса. Постройка служила ориентиром — мимо точно не проедешь.
Справа спускался под горку смешанный хвойный лес. Автомобильной дороги в деревню не было. Машину мы оставили в кустах у дороги и стали спускаться под горку. Лес был вполне проходимым, обозначилась тропа. Туманов шел первым, настороженно озирался. В этих краях давно никого не было — ни следов, ни свежего мусора. Запах хвои подавлял все прочие запахи. Чирикали птички, прыгали по веткам. Мимо проплыл обросший мхом тотемный столб в полтора метра ростом. Резьба в верхней части столба практически стерлась.
Сходить с тропы не стали — тотем окружали заросли крапивы. У подножия возвышенности было как-то глуховато, воздух стал другим, уплотнился, закружилась голова. Слева журчала вода на перекатах, за кустами протекала полутораметровая речушка, заваленная ветками и корягами. Безымянная водная артерия начиналась на северных возвышенностях и на востоке впадала в Карагач.
Мы шли по низине по берегу реки, теперь уже я возглавляла шествие. За четыре года все забылось, изменилась растительность.
Уперлись в завал, река оказалась почему-то в стороне, пришлось пройти часть пути по покатой балке. Деревня находилась за крутым косогором. Туманов подал мне руку, буквально волоком втащил наверх. Хорошо, что не на шпильках отправилась в это таежное путешествие… Лес за косогором разредился, здесь преобладали сосны с голыми стволами. За маленьким обрывом журчала речка, к ней вела еще не заросшая тропа. Здесь и находилась деревня селькупов."
"Мы бродили между странными постройками, осматривались.
Царило запустение, постройки поросли бурьяном. Жилища у селькупов были затейливыми. Некоторые имели остроконечную форму — словно крыши с обычных русских изб срезали и врыли в землю. Наклонные стены были покрыты соломой и дерном. Странно смотрелись кусты, растущие из стен. Другие строения напоминали юрты: к шестам, расставленным по окружности и собранным концами в пучок, крепился брезент, поверх — обрывки войлока. Все обветшало, в постройках зияли дыры.
