В ритме сначальной боли в голове и неясного вкуса во рту девочка пытается справиться со своими страхами. Ей всего одиннадцать, но мир вокруг кажется мрачнее ее собственной души: отца-убийцы, непонятных видений и страшных тайн сибирских мест. Этот роман о маленькой героине, пытающейся выжить в безумии подростковой жизни....
Милиция тактично интересовалась: не связано ли происшествие с его работой? Не было ли завистников? Не переходил ли кому дорогу? Не ввязывался ли Павел Афанасьевич в предприятия, не особо одобряемые Уголовным кодексом? Егоров категорически отвергал инсинуации. Оперативники недоумевали: куда могла пропасть девчонка? Решила насолить родителям? Маловата для таких демаршей. И не тот характер, все в один голос утверждали: девочка домашняя, ссориться не любит. А мама с папой категорически запрещали заводить котенка…
Последнего, кстати, нашли.
И все же подобного исхода дела не ожидали. Что угодно, только не это…
— Тебе, Маргарита Павловна, на это лучше не смотреть, — мрачно сказал Мишка Хорунжев.
— Может, сразу уволиться? — огрызнулась я. — Ладно, всякое видали.
— Не думаю, — поморщился Шишковский.
Я ступила в лес, как на минное поле, шла по нему, и дышать становилось все труднее. Тело лежало в густых лопухах, криминалисты накрыли его тканью, видимо, закончили работу. Римма сидела на корточках и заполняла бланк шариковой ручкой. Покосилась на меня, ничего не сказала. Отличительной чертой этой девушки были задорные веснушки, облепившие всю физиономию, а особенно курносый нос. Назвать ее симпатичной ничто не мешало, даже веснушки.
Головаш разглядывал меня с меланхолией.
— Язык не повернется сказать «доброе утро», Маргарита Павловна. Скажем просто — здравствуйте.
— И вам того же, ребята… — в горле подозрительно запершило. — Это точно Дина Егорова?
— Да, — кивнул Владимир Александрович. — Тело обнажено, одежды нет. Личных вещей вроде школьного ранца тоже нет.
— Ранца не было, — подсказала я. — Пропала на перемене, была в шапке и курточке.
— Принято, — кивнул Головаш. — Ее раздели, задушили, изнасиловали…
— Вы уверены, что именно в этой последовательности? — спросила Римма."
"— Не уверен, — допустил эксперт. — Могли придушить, чтобы не кричала и не сопротивлялась. Но потом все равно задушили. Половой контакт с трупом тоже допускаю, но это, извините… некрофилия какая-то, — эксперт с усилием сглотнул. — Убили здесь. Есть кровь, но немного, сами понимаете, от чего.
