В теплые русские края переехал человек, которого зима не раздражала. Но сегодня утро поразило: на Питере явился лучистый денек после сильной метели. Солнце светило ярко, освещая снежные холмики, приготовленные дворниками за ночь. Проулок был чист и прямой, но автомобилисты осторожно катились по его поверхности, зная о возможных скрытых опасностях под слоем тонкого белого одеяла....
Теперь уже у нее не было сомнений – Ленька приготовил ей какую-то гнусную работенку. И ничего не сделать, он уже все за нее решил. Нет, ну это все-таки форменное свинство – все решать за нее! Взял заказ тайком, ни слова ей не сказал, не посоветовался, как будто они не равноправные партнеры. Ладно, Лола придумает, как ему отомстить.
Пока что она бурно обрадовалась при виде салата с морскими гребешками и рыбы по-милански. Себе Леня привез венский шницель размером с хорошую тарелку.
– Тебе привет от Уха, – сообщил Маркиз, когда они уселись ужинать, – он спрашивал, когда ты снова привезешь к нему Пу И, говорит, что они прекрасно провели время.
– Поить собаку пивом! – тут же вскипела Лола.
– Да ладно, он же пошутил…
– Слушай, а где ты пропадал все эти дни? – первой не выдержала Лола. – Что-то случилось?
Леня собрался было с духом, чтобы выложить наконец все, но элементарно струсил. И, как всякий мужчина, решил тянуть с трудным разговором до последнего.
– О, Аскольдик! – обрадовался он, увидев появившегося в кухне кота.
Аскольд, однако, проигнорировал протянутые руки Маркиза, обошел его по широкой дуге и направился к Лоле. Он не хотел венского шницеля, он хотел рыбы.
– Мой дорогой… – Лола взяла кота на руки и дала кусочек рыбы без соуса.
Кот громко замурлыкал.
– Ленечка, тебе придется самому сварить кофе, – очень похоже промурлыкала Лола, – я встать не могу.
К кофе полагалось рассыпчатое песочное печенье, однако в кульке оказались одни крошки, все раскрошилось по дороге.
– Лолка, – по возможности твердо сказал он, – для тебя есть работа.
– Так я и знала, – вздохнула его боевая подруга, осторожно ссаживая с колен кота. Аскольд был кот авторитетный, мог обидеться, когда проявляли неуважение, и хорошенько царапнуть.
– Нужно устроиться в одну фирму…
– Секретаршей? – обреченно спросила Лола.
– Но если ты больше ничего не умеешь делать, – опрометчиво ляпнул Маркиз, – то есть… извини, дорогая, я, конечно, очень ценю твои многочисленные таланты, но не могу же я устроить тебя в эту фирму начальницей! Там уже одна есть.
