Автор
Тени коридора исчезают, уступая место неясной тишине. Вдруг раздается треск выстрела — Летучий отряд готовится к операции, а Жесткий сыщик остается в защите и чувствует неладное. Прозорка шуршит под его ладонью — огонь изнутри на двери.
Камеристка была одета по-господски, а на лице ее бросались в глаза белила, подведенные брови и яркая краска на губах. Увидав гостей, Аннушка скривилась и быстро ушла во флигель. Смецкая, наоборот, обрадовалась и радостно приветствовала Лыковых.
Алексей с Варенькой провели в Аппалихе два часа. Хозяйка показала им дом, провела по окрестностям. К обеду вышел ее сентильный[74] отец. Лыков завел с ним разговор. Дело в том, что через Аппалиху проходила дорога, связывавшая их поместье с лесной столицей Нефедьевской дачи — деревенькой Русенихой.
— О, это старинная распря! — оживился Мефодий Александрович. — Аппалихские и нефедьевские всегда дрались, таков вековой обычай. С этим ничего нельзя поделать. Мой дед еще пытался, да бросил. Нельзя же лишать простой народ любимого развлечения! Для них драка, как для нас с вами итальянская опера. Аким и Еллий из свиты моей Полиньки — первые на деревне кулачные бойцы; ваши их особенно боятся.
— Кто такой Коряжка? — заинтересовался Алексей.
— Я знаю! — обрадовалась Варенька и захлопала в ладоши. — Я в детстве много слышала о нем от папа, а однажды даже видела этого богатыря. Это был высокий и крепкий старик с очень прямой спиной и гордой осанкой. Любимый крепостной папа. Уже шесть или семь лет, как Коряжка умер.
— Все так, — подтвердил Мефодий Александрович.
