Подмосковье в резкомfreeze-переходе на мрачную зимнюю ночь. Звонкий голос за спиной оставляет неприятное чувство спокойствия перед неизвестным, но при этом явно ожидается что-то тёмное и опасное: отражение в полумраке — одинокий человек сидит у костра.
— Тепло… Я уже почти не ощущаю его… Наверное, это будет единственным, о чём я буду вспоминать, когда стану равной.
— Или не вспомнишь, если всё же станешь, — я наклонился и прикоснулся губами к щеке Фриды. — Ты уверена, что этого хочешь?
— Да… Не знаю… — подставив шею, произнесла женщина. — Выбора в любом случае нет. Чтобы быть рядом с братом, я должна стать такой… Нет ничего главнее семьи.
— Ты тоже член этой семьи, — на какое-то мгновение ощущая себя змием-искусителем, прошептал я Франко на ухо. — Но твой брат почему-то так не заботится о тебе…
— Хватит! Не хочу ничего об этом слышать! — Фрида вскочила на ноги и повернулась ко мне лицом, на котором я увидел мокрые дорожки.
И в то же мгновение уже разрыдавшись вслух, Франко вцепилась в меня так сильно, будто пыталась раствориться во мне.
— Не переживай, всё будет хорошо, обещаю, — произнёс я, а потом добавил шёпотом так тихо, что даже самого себя не слышал.
* * *Аллод Франко
Двести тридцать пятый день проекта
Ночь
— Госпожа Фанко спит? — услышал я, стоило мне только из коридора прошмыгнуть в одну из неприметных дверей.
— Да. Могли бы и не торопить. Лишний раз рисковали, — произнёс я, глядя на безголовую фигуру, сидящую за столом.
Помимо нас, в комнате, похожей больше на чулан, столько здесь было всякого барахла для уборки, находились Клещ, которого в чёрной одежде было не разглядеть, и один из местных «равных».
Причём вопрос задал скелет, однако исходил он от безголового Уилсона, моего первого друга в Системе.
— Тогда последний вопрос. Ты уверен, что хочешь это сделать? Я недолго знаю Фриду, но уверен, что в её лице ты можешь обрести страшного врага.
— Одним больше, одним меньше. Меня и так многие не любят, и даже если к ним ещё один человек присоединится, ничего страшного не случится, — пожал я плечами.
— Госпожа Франко уже не совсем человек, — возразил Уилсон через скелета.
— Я тебя не понимаю, дружище. Ты же сам предложил помощь, когда я подошёл к тебе с этим вопросом. Так чего сейчас заднюю врубаешь?
Признаюсь честно, неудобно разговаривать с безголовым. Выражение лица собеседника не понять, грозный взгляд не бросить."
"— Николай, я обрёл разум и стал таким, каков я есть сейчас лишь благодаря тебе.
