Подмосковье в резкомfreeze-переходе на мрачную зимнюю ночь. Звонкий голос за спиной оставляет неприятное чувство спокойствия перед неизвестным, но при этом явно ожидается что-то тёмное и опасное: отражение в полумраке — одинокий человек сидит у костра.
— Приношу извинения за ожидание, Николай Максимович, — произнесла Франко, благодарно кивая, когда я пододвинул кресло, помогая женщине усесться. Кроме нас троих, в обеденном зале никого не было. Даже слуги, что расставили еду на столе, ретировались.
— Ничего страшного, — я занял своё место, сев с правой стороны от хозяйки и напротив Моллиган. — Как демиург демиурга я вас прекрасно понимаю. Управление Аллодом требует много сил и времени. А наше появление не входило в ваши планы.
— Действительно, — Франко положила руки на стол, и я обратил внимание, что длинные, острые ногти на её тонких пальцах были выкрашены в чёрный цвет.
Полные губы чёрного цвета слегка изогнулись, и на лице женщины проступила улыбка, а в чёрно-белых зрачках мелькнули всё те же зелёные огоньки.
— Смею предположить, что эти события как-то связаны с произошедшей с вами и вашим Аллодом метаморфозой?
— Не совсем так, но об этом позже, — качнула головой Франко, отчего её волосы обнажили тонкую шею.
— Он задолжал мне и моему товарищу несколько десятков человеческих жизней. Плюс человек я злопамятный, да ещё и с записной книжкой не расстаюсь. И мне, честного говоря, надоело, что фамилия Ярвинена до сих пор не вычеркнута из неё.
— Что же, вполне откровенно. Вот только с чего вы взяли, что я выдам его местоположение? Коль мы с Ярвиненом партнёры, — поинтересовалась Франко.
— Наверное, потому что вы с ним с недавних пор не партнёры? — предположил я, бросая предостерегающий взгляд на Моллиган, успевшую прикончить фляжку и перейти к дегустации расставленных на стол бокалов с вином. — Я даже уверен, что тому, кем вы сейчас являетесь, вы обязаны какой-то степени нашему общему знакомому.
При этих словах зелёные вспышки в глазах женщины замелькали столь часто, что у меня создалось впечатление, будто меня прожектором с зелёным стеклом освещают.
— Мне, конечно, непонятны некоторые нюансы преображения вас и ваших подданных, но произошло это после того, как Ярвинен на вас напал, — продолжил я, так Франко продолжала глазеть на меня своими зелёными глазищами.
Блин, я, конечно, люблю внимание женщин, но в данный момент у меня аж мурашки по спине пробежали, настолько странная смесь брезгливости и заинтересованности сквозила в этом взгляде.
