Третья книга о расследованиях графа Аверина. После битвы с Императорским дивом Кузя попадает в Пустошь — ледяную пустыню, где обитают мистические существа. Граф намерен открыть коридор в мир дивов и спасти своего друга, несмотря на смертельную опасность, которая ждёт его в этом враждебном...
Раздел Chitat.online для книги «Демон из Пустоши» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Третья книга о расследованиях графа Аверина. После битвы с Императорским дивом Кузя попадает в Пустошь — ледяную пустыню, где обитают мистические существа. Граф намерен открыть коридор в мир дивов и спасти своего друга, несмотря на смертельную опасность, которая ждёт его в этом враждебном...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Третья книга о расследованиях графа Аверина. После битвы с Императорским дивом Кузя попадает в Пустошь — ледяную пустыню, где обитают мистические существа. Граф намерен открыть коридор в мир дивов и спасти своего друга, несмотря на смертельную опасность, которая ждёт его в этом враждебном...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
А ее величество так и вовсе сидела на стульчике в дверях. Признаться, таких обрядов Аверину видеть еще не доводилось.
Интересно, а где Владимир? Он ведь точно чует кровь хозяина.
Но как только обряд закончился, Императорский див, аккуратно одетый и причесанный, появился рядом со штабом.
Савелий, увидев его, вжал голову в плечи и переместился за спину Мончинского, будто бы желая спрятаться за нового хозяина."
"– Я пришел попросить помощи чародейки, – сказал Владимир и велел Савелию: – Ты тоже за мной.
– Колдуны не нужны? – спросил Аверин.
– Вы – нет, прошу вас остаться с ее величеством. Демонов, оставшихся без хозяев, еще довольно много. Их отлавливают и сажают в клетки, которые сейчас доставляют со всех окрестностей. Позже будем привязывать.
Аверин вернулся в фургон. Императрица отставила стакан и посмотрела на него. Аверину даже стало немного неуютно под ее пристальным взглядом.
– Эта дива, Анастасия, – произнесла она. – Владимир сказал, что вы близко знакомы.
– Ну… да, – Аверин смутился. – Мы… дружили и помогали друг другу. И… я отправил ее в Пустошь. У нее есть сын…
– Сын? – удивилась императрица.
– Да. Мальчик, Алеша. Она была его фамильяром. Но он считал ее матерью. Да и она относилась к нему как к родному. Если так можно сказать о диве.
– Это естественно для фамильяра.
– Возможно, но тут другая история. Вся семья Алексея погибла, а он сам остался калекой. Много часов он истекал кровью, но она не сожрала его. А потом заботилась, как родная мать.
– Вы ведь знаете, как я прилетела сюда?
– Да, Кузя рассказал.
– А про то, что меня сильно ранили?
– Знаю.
– Почему на нее не действует правило? Я для нее никто. Она не испытывает ко мне ни малейшей привязанности. Как она смогла не сожрать меня?
– Анастасия – необычный див. Возможно, ее контроль стал еще сильнее. Но… почему она ввязалась в бой с наездником на спине? Это слишком безрассудно и опасно.
– Не вините ее. Она собиралась высадить меня, но я настояла, чтобы она сразу напала.
– Вы? – удивился Аверин. – В таком случае именно вы поступили… опрометчиво.
Она посмотрела на него долгим взглядом, и внезапно Аверин заметил на ее глазах слезы.
– Я увидела раненого дядю, – тихо произнесла она. – И Кузю. И подумала: вы тоже где-то там, среди этих полчищ… Конечно, я поступила глупо, но я так испугалась! За дядю и… за вас… А потом Владимир рассказал, какая на самом деле у вас миссия. И я поняла, что больше вас не увижу… Как вы могли… – Слезы потоком хлынули из ее глаз, и она вскочила, но охнула и покачнулась, и Аверин, бросившись вперед, подхватил ее. Ему стало мучительно стыдно за свою толстокожесть. Но он не привык к тому, что кто-то всерьез может беспокоиться за него. И совершенно не подумал ни о чувствах Кузи, ни о Софье.
