Виктор шагнул через порог и сразу же попал в ожесточенную дискуссию с хозяйкой дома. Она радостно предложила сварить кофе, а он вежливо отказался, но все равно был очарован необычной атмосферой уединенного пространства. Здесь царила таинственная непробиваемая тишина, словно глядя на мир сквозь зеркало времени....
Вы понимаете? Отдать ребенка в монашки! Это же чудовищно! Выросла, сама бы решила, правильно? Но Лида как с цепи сорвалась. Считала, что учиться надо с детства, иначе Алена карьеры в ските не сделает. Какое ей вообще дело до карьеры нашей дочери?!
Тут Аверин не нашел, что возразить. Да, колдун должен учиться с детства. Но, с другой стороны, бабушка успела схоронить мужа, вырастить сына и двух внуков, и это не помешало ей сделать отличную карьеру. Девочек из благородных семейств, обладающих колдовской силой, постригали в монахини, но последнее время это происходило все реже и реже.
Интересно. Могла ли тетка инсценировать смерть девочки и отправить ее в скит?
«Увезла за город»… Но зачем привезла обратно?
Раздался звонок в дверь.
– Это Дима! – Женщина вскочила и побежала открывать.
Аверин встал. Через минуту в гостиную вошел молодой симпатичный мужчина. Он протянул руку:
– Мое почтение, ваше сиятельство. Видеть вас в нашем доме – большая честь.
– Очень приятно, – пожал ему руку Аверин и снова сел. – Мы тут говорили о вашей свояченице.
– Да! Вы тоже думаете, это она? Я не знаю как, но уверен, это она выкрала нашу дочь!
Аверин поднял ладонь, прося его успокоиться. Он раздумывал, как потактичнее спросить о самом важном и не вызвать всплеска криков и слез. Дождавшись тишины, он как мог спокойно проговорил:
– Мне придется задать несколько неприятных вопросов. Я хочу поговорить о похоронах.
Мама Алены немедленно залилась слезами.
– Мы… пытались забыть об этом, – тихо произнес отец.
– Простите, но придется вспомнить. Вы видели девочку в гробу?
Он специально старался не называть Алену по имени.
– Да, – кивнул мужчина. – Это, без сомнений, была она.
– А вы прикасались к ней? Она была… холодной?
Женщина подняла заплаканные глаза:
– Да… холодной, моя девочка… холодной и окоченевшей. Ручки… не разгибались… я ей колечко ее… хотела… – Она заплакала навзрыд.
«Хм».
– На какой день смерти проходили похороны?
– Как и положено, на третий, – сказал отец.
Обычно трупное окоченение на третий день проходило, по крайней мере, у детей. Потому что у них еще не сильно развита мускулатура. Но, возможно, тело держали в мощном холодильнике.
– Вам сразу выдали тело в больнице?
– Нет. Мы забрали ее… почти перед похоронами. Мы заплатили чародейке, чтобы она… ну, хорошо выглядела. Там, в больнице и заплатили. Очень недорого она взяла.
