Автор
В каждой поколении один потомок обязан служить Дьяволу, и появится тот, кто обречен на сверхъестественную силу превосходящую человеческое. Источником этого заговора служат желтые глаза кошек, которые делают их обладателями нечестивой магии. Кто будет в этот раз, прежде чем тьма снова завладеет семейством?...
Ванья всхлипнула, и все поняли, какой она сделала выбор. Один из ангелов положил ей руку на плечо. Тепло его руки проникало в глубь ее существа, согревало ее душу.
– Неужели вы ничего не можете сделать? – прошептала она, вытирая слезы.
– Нет, – ответил он. – Те ворота могут открыть только они силой мысли. Если ты даже и попадешь туда, ты все равно не сможешь снять с него оковы. Он прикован к стене навечно.
– Разве вы не можете принудить их открыть ворота?
– И рисковать тем, что тогда они останутся с Тенгелем Злым? Мы уже схватили их, Ванья, и мы не можем выпустить их из рук.
Она кивнула. Покорно закрыла глаза.
«Тамлин, прости меня, – тихо шептала она. – Ты родился на свет несчастным. Я так близко, и я ничем не могу тебе помочь…»
Мысли ее медленно остановились. «Родился несчастным?»
И в ее сознании возникла одна идея – явно безнадежная, но все-таки!
Она быстро повернулась к одному из джиннов и попросила его нагнуться, чтобы что-то сказать ему на ухо. Он терпеливо выслушал ее, наморщил лоб и потом что-то тихо сказал своему товарищу.
После этого он обратился прямо к старшему демону.
– Мы просим разрешения ненадолго отлучиться. Один из нас останется здесь. Другой вместе с девушкой скоро вернутся. Так что пусть ворота наверху будут открыты.
– Мы согласны, – с достоинством произнес старший демон.
Все демоны были возбуждены и преисполнены ожидания. Всех переполняли надежды снова стать свободными демонами – и Ванья заметила это, садясь верхом на огромного, черного волка, в которого превратился один из черных ангелов.
Они тут же взмыли вверх, к свету, минуя извилистые коридоры. Теперь им никто не мешал. «Возможно, они считают, что мы тоже кошмар», – подумала она.
Никогда ей еще не снились такие длинные сны. Она была убеждена в том, что ночь уже кончилась. Что о ней подумают теперь дома? Бедные мама и папа, неужели им не удастся ее разбудить? Или… ее не было теперь в постели?"
"При мысли об этом у нее закружилась голова.
