Внутренние просторы тесной избушки погружали меня в мир кошмарного искушения и острой погони. Свежий воздух с запахом дерева и свечи заставлял дышать глубже, а старая кровать, отзывчиво шурша под моими движениями, напоминала об умиротворяющей обыденности жизни.
Мы обменялись еще парой ленивых реплик, чья прелесть состояла именно в отсутствии особого смысла, а потом я поняла, что глаза уже закрываются.
— Пора спать, — сказал Гелиан, забрал из моих рук бокал, поднял на руки и куда-то понес. Он видел в темноте, как кот, так что не утруждался включением света. А я уже немилосердно засыпала, не особо интересуясь окружающей обстановкой. Как только под спиной оказалась податливая поверхность, принявшая мое тело в свои объятия, а вокруг ласковым облаком сгустилось теплое и легкое одеяло, я моментально отключилась.
Спала так сладко, что даже не помнила снов. Впервые за все последнее время. Накопленная усталость, наконец, начала покидать мое тело, безропотно отступив перед более сильным противником (я имею в виду Гелиана, конечно). Проснулась поздно и с удовольствием ощутила, что полностью выспалась. О, это давно забытое и очень приятное чувство действительно хорошего отдыха, после которого настроение автоматически становится приподнятым…
Я еще немного понежилась, медленно приходя в себя, а потом, наконец, открыла глаза.
— Кажется, небо услышало мои мольбы и подложило красивого мужчину в постель, — хрипло заметила я.
— Так точно, мадам, — обаятельно улыбнулся он, откладывая книгу. — Красивый мужчина прибыл и готов исполнять все ваши желания. Чтобы вы даже и не думали просить у небес кого-нибудь получше.
— А то что? — Невероятно заинтересовалась я.
— А то красивый мужчина порвет всех конкурентов на тряпки, — ухмыльнулся он. — Доброе утро, Медок. Я бы тебя поцеловал, но уверен, что если начну, то не смогу остановиться. Ты такая аппетитная спросонья, так бы и съел. Кофе?
— Да, пожалуйста, — решила я, переходя в полусидячее положение.
Он легко соскочил с кровати и пошел к выходу, пока я старалась совладать с низменными инстинктами и не пялиться на мускулистую спину и то, что ниже.
