Внутренние просторы тесной избушки погружали меня в мир кошмарного искушения и острой погони. Свежий воздух с запахом дерева и свечи заставлял дышать глубже, а старая кровать, отзывчиво шурша под моими движениями, напоминала об умиротворяющей обыденности жизни.
По смыслу, вроде, это ""попробуешь"" относилось к вполне невинным вещам, а по особой, подчеркнутой интонации… почему-то сразу захотелось попробовать… его. Всего. В буквальном смысле.
— Сам себя пробуй, — буркнула я, вконец изведенная собственными фантазиями.
Он засмеялся. От души.
— Ты о чем это подумала, мой развратный Медок?
Ох… кажется, неосторожные слова выдали ему искаженную интерпретацию сказанного, возникшую в дурной голове… стыдно-то как…
— Ненавижу тебя, — Блин, блин, блин…
Не в силах выдержать насмешливый взгляд, стремительно нырнула под одеяло.
— Как твоя рана? — Ехидно спросила я, появляясь на кухне после продолжительных водных процедур."
"Гелиан отвлекся от шкворчащей сковородки и с удовольствием окинул меня взглядом, который прямо-таки опутывал паутиной неприличных мыслей.
— Хочешь посмотреть? — Провокационно отозвался он.
— Да, — внезапно решила я. — Покажи.
— Нет, — спокойно отбрил меня суккуб. — Тебе надо, ты и действуй.
И он отвернулся к сковородке, сволочь. То есть, другими словами, мне предложили самой задирать его одежду. А ведь на нем только халат. О, боги…
— Ну и плевать, — разозлилась я, нарочно садясь к нему спиной.
— Так и скажи, что не в силах спокойно смотреть на мое обнаженное тело, — подколол вредный демон, бесшумно возникая сзади.
Опережая поток неубедительных возражений, передо мной мягко опустилась тарелка с яичницей.
Суккуб со своей порцией сел напротив. Обычно человек, который ест, далек от сексуальности. В случае с Гелианом хотелось стать той яичницей, которую он подцеплял с блюда и отправлял в рот.
