Волна острого чувства тревоги пробралась вдоль позвоночника, как холодная струя, когда ты понимаешь — шутки уже не за гранью. Запах кофе и железного запаха от нагревательных печей навевает воспоминания о зимнем бале в академии. Это место, где каждый шаг нарушает тишину, но каждая сцена выглядит как новое приключение. Здесь демон скрятится под шоколадной оболочкой....
Кроме того, в темной копне волос серебрилось несколько седых прядей, а такого я не встречала даже на иллюстрациях учебников. Возраст стоящего перед нами мужчины был весьма почтенным.
— Ты взывал к нам, Салмелдир сын Гилсимаса, и мы откликнулись, — продолжил древний.
— Взывал, потому что возникшая проблема связна с одной из высших, которой ранее Совет даровал прощение. — Эльф выпрямился и говорил четко, по существу.
— Речь пойдет об Аланте супруге почившего Атаназа Северного?
— Да, мудрейший. Есть неопровержимые доказательства, что леди Аланта причастна к гибели человеческих магов, владеющих стихией огня.
— О какой мести может идти речь? — удивился древний. — Насколько нам известно, ее обидчица и супруг мертвы.
— Все так, мудрейший. Но женщина не вняла вашим предупреждениям и продолжила темные дела.
— Согласен с тобой. Дело требует пересмотра, который состоится здесь и сейчас. У вас есть информация, которую вы хотите сообщить Совету? — спросил темноволосый и посмотрел почему-то на демона.
Сеттар выпустил мою руку, вышел вперед и склонил голову.
— Эммерс сын великого Коума, если не ошибаюсь? — древний прищурил янтарные глаза.
— Не ошибетесь, мудрейший. Я хотел бы кое-что показать Совету.
— Да исполнится твое желание, сын достойнейшего из демонов. Тейсфор! — центральный обратился к одному из сопровождающих.
Тому, который стоял слева. Мужчина тоже скинул капюшон. Этот древний был ниже ростом, и седина полностью выбелила его волосы. Трудно представить, сколько ему лет! Но больше всего впечатлили глаза Тейсфора — белые без зрачка, словно скрытые бельмами.
Один из «черных» вышел вперед и взял его за руку, чтобы помочь подойти к Сеттару.
— Думай о том, что хочешь показать, и не вспоминай о том, что оставишь при себе, мальчик, — произнес он, прежде чем положил руки на голову Эммерса.
Золотые лучики протянулись от демона к трем «белым». Всего несколько минут длилось свечение и угасло. Тейсфор снова накинул капюшон, и охранник помог ему отойти.
А вот янтарные глаза предводителя впились в меня.
