Автор
Но первое, что замечаешь, как сознание приходит обратно к твоему телу — это невыносимая боль. Она пронизывает каждую клетку, словно сотни нитей затаившегося демона вгрызается в тебя изнутри. Ты не знаешь, чего ждать дальше: либо исчезнуть от этой боли, либо продолжить эту дьявольскую пытку....
Тебе понравится трахаться, – Кай наклоняется к моему уху, стонет мучительно и хрипло – по-мужски, и я никогда не слышала ничего сексуальнее этого звука.
Ему хорошо, он, блядь, даже постанывает…кто? Невозмутимый Кай.
– Горячая, такая горячая, моя киса. Прими все, прими, ох да, блядь, – он толкается последний раз, замирая во мне, насаживая на свой член до максимума. С шлепком. – Твою мать, Леа, это было охуи*ельно.
У него нет других слов. У меня тоже нет.
Он спускает в меня, и я чувствую его сперму внутри, в самой глубине, и я хочу сохранить ее в себе.
Тело одолевают сладки муки и судороги. Отчаянно отклоняюсь назад, хочу найти его руки и плечи. Хочу, чтобы Кай держал меня, позволяя дрожать в его теплых объятиях.
Мое сознание начинает рисовать мне безумные картинки, в которых я и Кай – счастливая парочка.
Хорошо, что он не читает мои мысли. Слава Богу.
Он выходит из меня, разворачивает к себе, прижимает к стенке, и снова целует, целует до бесконечности, лаская моя дрожащее тело.
А потом вижу. Эти полосы.
Что оставила не я.
И сознание, здравый рассудок возвращаются ко мне.
Боль, что ушла, врывается ко мне без стука и бьет кувалдой по голове. Я почти падаю, но Кай придерживает меня.
Я не могу дышать, губы влажные от поцелуев…все это слишком было странно. Нереально.
А потом он произносит слова с легкой усмешкой и шепотом:
– Хочешь обдурить меня, Леа? Хочешь, чтобы я в тебя…как ты это называешь «влюбился»? Хрен тебе.
Я не верю, что слышу это, после такого. Ведь чувствовала, ведь знала…что будет очередной удар.
Это тоже самое, что кормить свою зверушку с руки, а потом со всей силы долбануть ей по голове.
– Какая же ты мразь, Стоунэм, – шепчу я, мои ноги не стоят. Я не стабильна. Судороги сводят все тело, я хочу отмыться от этой грязи, от грязи, что коснулась меня.
Я мечтаю, чтобы его спермы во мне не было. Меня подташнивает. Ненависть застилает глаза так, что зрение покидает меня.
– Оставь меня одну, пожалуйста. Пожалуйста. Пожалуйста, Кай…
– Я как раз хотел уйти.
