Автор
Но первое, что замечаешь, как сознание приходит обратно к твоему телу — это невыносимая боль. Она пронизывает каждую клетку, словно сотни нитей затаившегося демона вгрызается в тебя изнутри. Ты не знаешь, чего ждать дальше: либо исчезнуть от этой боли, либо продолжить эту дьявольскую пытку....
Неужели ты подумала, что я буду спать со шлюхой? – он ухмыляется, и в последний раз глубоко поцеловав меня в губы, одевается и покидает спальню.
Самое страшное, что и на последний его поцелуй я ответила.
Когда Кай скрылся за дверью, я опустилась на пол. Я плакала? Нет. Да, внутри меня съедала боль, но ненасытное тело просило большего…я ласкала себя думая о Кае, и в своих мыслях я то избивала его, то душила, то занималась с ним любовью, похожей на ту, что сейчас произошла между нами.
Я была зависима.
Истощение все ближе и ближе, и когда-нибудь…может, через день, может, через месяц, а может, через год я дойду до той самой черты невозврата.
Когда истощение моего тела будет уже необратимо. Тело распадется, рассыплется, оставляя душу совершенно незащищенной."
"И вот тогда он окончательно меня сломает.
Сил бороться у меня, наверное, больше нет. Он прав. Он всегда на несколько шагов впереди, а я так – неразумное существо, экспериментальный зверек, с чувствами которого ему нравится забавляться.
Рыдая, я лежу на ковре час или два, глажу себя, мечтая только об одном, чтобы он умер или вернулся ко мне, позволив мне заснуть у него на коленях.
Кай
Я в темной комнате, и стены, и воздух…все здесь давит мне на грудь.
Я оглядываюсь на свою жизнь и понимаю одно, я всегда боролся. Я, черт возьми, хотел что-то сделать для людей, сделать мир лучше, но каждый раз – не мог. Вседозволенность, всемогущество, деньги, власть…все это развратило душу, мою душу, и Деймон здесь не причем.
Лидия. Сеансы помогали мне, и гипноз и сраные нейролептики, от которых тошнило и была куча ужасных побочек от несварения желудка до проблем с женщинами. Я перестал принимать их перед предвыборной гонкой, давление было слишком сильным.
Я был то там, то тут, то здесь…встречи, звонки, переговоры, выступления. Все это я делал это исподтишка Деймона – он направлял, а я плыл по течению, путаясь, зачем мне вообще этот сраный конгресс, зачем мне сенат? Меня вполне устраивал мой многомиллионный бизнес, мое имя, но Деймон всегда хотел больше.
Это болезнь, да. У него маниакальная озабоченность не только бдсм, но и, например, властью.
