В глубине туннеля лежит разлом, где гигантские обломки стен встречаются с мрачными существами. Каммерер прыгает из укрытия в укрытие, пытаясь избегать бесов-демонолога — чудовищ с красной чешуйчатой кожей и клыками как у бегемотов, подчеркивающих их мрачное существование. Вопросы оставляют чувство тревоги и неизвестности, что привлекает внимание к следующему эпизоду в этом загадочном мире....
— Не я начал весь этот цирк с конями.
— Но тебе я говорю: угомонись. Посиди пока, подумай о своем поведении.
Снова использовал крохи энергии, чтобы открыть потайной карман и сунул туда беса. Оттуда его будет ни слышно и ни видно, пока не достану. Редко прибегал к таким мерам, но сейчас терпение подошло к краю.
Аида хрустнула шейными позвонками."
"— Ты напрямую связан с демонами, — сказала она. Не то спросила, не то констатировала факт.
Я сухо ответил:
— Да.
Скрывать это просто не было смысла.
— А ты видишь демонических сущностей, даже если они пытаются скрыться, — с такой же, как у нее интонацией, сказал я.
— Он спрятал себя от людей. А… — она запнулась, после чего вдохнула и шумно выдохнула. — А я не человек.
— По виду и не скажешь, — хмыкнул я.
Она ткнула пальцем в торчащие рога на лбу.
— Совсем слепой?
— И что? Ну, рога. Что более вероятно: лошадь с одним рогом в центре лба или лошадь рыжая лошадь с невообразимо длинной шеей и такими же длинными ногами.
— Первое, — сказала она.
— Но почему-то жирафы существуют, а единороги нет, — резюмировал я.
Аида ничего не ответила. Я уже сделал вывод, что он молчала либо, когда ей нечего было сказать, либо, когда не хотела ничего говорить, хотя вполне могла. Специфичное она существо, в общем-то.
То сдержанная, как лед. То ведет себя, как ребенок (когда буквально баловалась с бесенком), то вспыхивала, как спичка.
Хотя, ладно, в моем подручном она видела родственную душу.
Я открыл межпространственный карман и выудил оттуда бесенка. Надутого, насупившегося, недовольного. Он молчал. Я сунул его в карман своего сюртука, только голова торчала. Почему-то при вспомнился анекдот. «Курить люблю, трындец… а еще секс… только бы губы оставил». И все в этом ключе.
Аида хмыкнула.
— Что? — спросил я.
— А ты не пустой, оказывается.
— Пустой, — соврал я.
Она снова хмыкнула.
— А я говорю нет. Я чувствую каждый раз, как ты используешь силу. Кожей. Своим энергетическим балансом. Всеми органами чувств, которые способны уловить энергию.
Она повернула голову и взглянула на меня.
— Ты ничего не знаешь о Клинках?
— Нет. Никогда не сталкивался. Ничего не слышал. Нигде не читал.
— Интересно, — спокойно сказала она. — Я думала дворяне обязаны знать все на свете. Откуда встает солнце и в каком месяце у леммингов случается нерест.
— Может быть.
