В дождливое утро 1 марта 1944 года в центре Лондона престижного Бродвей-билдинга загадочная фигура сидела за рулем черного «Роллс-Ройса». Атмосфера строжайшей секретности и опасности сковалась ароматом дешевых сигар, грохотом мокрых дорог и глухим шепотом подъезжавших машин....
— К чему тогда экивоки? Я предлагаю вам сделку. Или вас уже не прельщает перспектива иметь единственную полностью католическую страну в Европе? Даже оплоты католицизма — Италия, Испания, Португалия и Польша — допускают на своей территории существование храмов иных вер. Здесь же вы получите все, вплоть до последней деревянной церквушки в отдаленной деревне!.. К тому же, — вкрадчиво продолжил Латушка, — Святой Престол наверняка оценит ваши личные заслуги в деле приобщения Белоруссии к истинной вере…
Священник поджал тонкие губы и замолчал.
"— Отлично, — продолжил Латушка, — будем считать, что я убедил вас.
— Кто обеспечит мою безопасность? — неожиданно поинтересовался ксёндз. — Второго июля нацисты все еще будут в городе. Или вы думаете, что они спокойно будут стоять и смотреть на богослужение в костёле?.. Вы же прекрасно знаете, что эти враги веры Христовой разрешают служить в Минске только русским и белорусским священникам!.. Или вы не в курсе, что минские католики вынуждены странствовать за девяносто километров, в Пинскую епархию, чтобы иметь возможность исповедаться у ксёндза там?.
— Вашу безопасность обеспечат парни из моей охраны, — решительно сказал Латушка. На самом деле он и сам толком не знал, как провести католическую мессу при немцах, но надеялся, что эта ситуация как-нибудь разрешится. — В конце концов, скажете нацистам, что молитесь за их победу над безбожными русскими.
Ксёндз кивнул без всякого энтузиазма.
— После церемонии присяги я появлюсь перед храмом, где уже будет находиться восторженная толпа горожан, — продолжал Латушка. — Ваша обязанность — обеспечить эту толпу.
— То есть? — изумился ксёндз.
— То есть созвать на площадь перед храмом всех прихожан костёла. А еще лучше — всех католиков Минска. Сколько в городе католиков? — деловито спросил Латушка.
Ксёндз задумался.
— Не все из них прихожане нашего храма.
— Прекрасно, — повеселел Латушка, — семнадцать тысяч — это уже впечатляет. Это не тысяча «делегатов» на конгрессе! Это народ!.. Как часто бывало в истории, что умело направляемая толпа вершит исторические события!.. Мои люди сделают убедительные фотоснимки… Собрать эту толпу легко — вам нужно всего-навсего оповестить минских католиков о первом свободном богослужении в храме.
