В живописной деревенской природе начинается непредсказуемая история, где каждое движение скрываются дикие страсти и тайны. Подруга Лизавета не может удержаться от крика, когда видит парочку в сирени, вызывая гнев и веселье среди деревенской шляпки.
И можешь не стесняться, возможно, ты видишь меня сегодня первый и последний раз. А, я хот правильно еду то? Или ты меня в лес решила заманить и надругаться? Так ты знай, я не такой. Только после свадьбы.
- Что? – Опешила я.
- Шучу я. Едем мы, говорю, правильно?
- Ну да. После вон того оврага, где крест стоит, левее берите, и вдоль берега, а там уж покажу.
- Хорошо, только вот давай без этих твоих страдальческих выражений лица. Лучше расскажи, как дело то было?!
- Какое?
- Ну как расстались то?
- Да Вы, как бабка сплетница погляжу.
- Не верно, Потеряшка.
- Лучше мы с тобой сейчас между делом разберем всю эту канитель, чем ты еще потом год будешь лить слезы по этому бестолковому сосунку.
- Он не бестолковый, - попыталась было я защитить Сережку, но сама себя вовремя остановила.
- Ну да, ну да. Он же наверное самый лучший и в вашей деревне парень хоть куда, только вот сволочью редкостной оказался. Верно?
- Нет, - попыталась защититься от напора, можно сказать незнакомого человека.
- Да действительно.
- Вы не так все поняли.
- Так расскажи тогда, чтобы я так все понял.
- Да какое вам-то дело?! Вы же сами сказали, что мы видимся, возможно, в первый и последний раз.
- Как сказала бы одна моя подруга: «Йети, ты в каждой бочке затычка» и была бы права. Просто порой человеку достаточно протянуть руку, чтобы выкарабкаться из, - он немного помялся, подбирая слова, - неприятной ситуации, по себе знаю.
- Некому мне руки тянуть, - еще больше надулась я, - одна я.
- Так не бывает.
- Бывает, мама умерла, когда мне было пятнадцать. Тетка забрала меня к себе, а там..
- А там как по сценарию поди: стирка, уборка, глажка, готовка, то гречку разбери, то горох процеди. Прав?
- Нет, - чересчур громко воскликнула я. – Получилось же, что тетя одна, а нас на тот момент двое было с сестрой Верой, ей же надо было помогать. Хоть и сдавали мы наш с мамой домик, чтобы лишняя копейка была, да что там, крохи, а не деньги, я не хотела нахлебницей быть, поэтому и помогала, как могла.
Егор Валентинович меня мастерски раскрутил, что я и не заметила, как выложила все «от и до» о своей жизни. Мужчина только хмыкал периодически и косился на меня, но не перебивал. В какой-то момент он сказал мне:
- Кажется, приехали.
- Ой, и в самом деле. Разболталась я что-то, извините.
- Да прекращай ты уже все время извинится. Не за что пока.
