Китайская деревня Суншугоу превращается в роскошное шикарное городишко. Вдали от мрачных предрассветных туч и зловещих кустов прячется уютный домашний очаг под сводами куполов. Здесь всё — чистота, гармония и атмосфера счастья, в то время как город Пекин дышит ожесточённой борьбой за звёздные доли....
Похоже, «Деревенщина в Пекине» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Недавно вы устроились в модельное агентство Ли Джинг… — мужик явно перестроился на ходу, долго не ломая мозги над выбором линии поведения. — Не буду пугать зря, наш интерес направлен именно в ту сторону, не в ваш персональный адрес.
Да ну. Всё-таки в лоб и сразу с третьего пункта⁈
Удивление даже изображать не пришлось — так не бывает.
Или всё-таки бывает, констатирую про себя, с внутренним изумлением участвуя в происходящем в главной роли.
— Эти мероприятия посещают… — звучат совсем не тонкие намёки на чуждые мне ведомственные интересы.
Тип, сверившись с выражением подросткового лица, мои эмоции истолковывает по-своему — в его глазах вселенская усталость меняется на сдержанный энтузиазм и осторожное ожидание.
М-да, пожалуй, можно не дослушивать до конца — каждая стандартная ситуация всегда имеет несколько стандартных решений. В кое-каких конкретных я, в отличие от предшественника, тоже слегка ориентируюсь.
— Если этот разговор официальный, пожалуйста, давайте его оформлять как положено? — перебиваю.
Не говорить же вслух, «знаю, что вам отвечать».
— Да ну? — незваный гость сбивается с ритма, что-то обдумывает по новой и терпеливо вздыхает. — Я сейчас стараюсь остаться максимально корректным, потому, пожалуйста, соберитесь!
Ну правильно. При разрыве логической линии самый первый рефлекс — увеличить громкость.
— Работа в нашем ведомстве имеет свою специфику, в том числе в плане оформления…
Понятно, документов нет.
— Я и не отказываюсь, просто вы почему-то слушаете только себя, — перебиваю повторно. — В то время как по всем неписаным правилам логично учесть и мою обратную связь, в идеале — авансом.
— Продолжайте.
Изначальный сценарий сломан, сквозь лихорадочные размышления на лице собеседника проступает неохотная задумчивость.
Справедливости ради, моё внутреннее состояние тоже далеко от олимпийского спокойствия — гормональные выбросы чужого тела, невладение здешней обстановкой, незнание процессуального законодательства.
— В случае вашей служебной необходимости мы с вами конечно поговорим, но не здесь неформально, а у вас в заведении и официально, — говорю как могу вежливо. — Или у вас есть возражения?
Ключевой момент. Ну а что тянуть.
— Господин Лян, я пришёл по очень серьёзному делу, — подполковник заходит на цель с другой стороны, уже смазанным виражом и с дрожащим в руках штурвалом, если фигурально.
