В серых улицах Салира, где разгорается сирийская война, старший снайпер Артем Иванов встречает нового офицера из российских советников. Взмахнув рукой в знак приветствия, он спрыгивает с танка на пыльную дорогу, где уже готовится встреча с командиром из подразделения русских специалистов. Это новый этап их совместной операции, запланированной для защиты важных зданий в Сирии....
Вдруг в голове совершенно отчетливо сформировалась мысль: а увижу ли я снова этот переход на площади Луговой во Владивостоке…
Шабалин почувствовал, как перехватывает дыхание. Завтра будет заруба, из которой он, может быть, не вернётся. Вон, Колмыков совсем перестал улыбаться, неужели действительно, можно почувствовать приближение своего жизненного финала?
— Пей, командир, — подсказал Жиганов. — Пока аромат не выдохся…
Паша инстинктивно сделал глоток, обжигая нёбо, чувствуя, как оно отдаёт внезапно омертвевшими лохмотьями…
— Сильно горячее? — участливо спросил старшина, когда уже было поздно.
Он засуетился, зачерпнул кружкой воды из бачка, протянул Шабалину:
— Командир, вот, холодненькая…
Паша так же безучастно, как и чай, глотнул воды.
— Командир, а где казачьи патроны? — спросил Борзов.
Паша вернулся в действительность.
— Сейчас…
Патроны к «Манлихерам», которые подарил казачий генерал, лежали в коробке с ночными прицелами. Шабалин отдал их снайперам.
— На пачке характеристики написаны, баллистику просчитайте, должна отличаться от штатного патроны, — предупредил Паша.
— Сделаем, — кивнул Костя Бурман.
— Да что вы все такие грустные? — вдруг не выдержал Денис. — Будто на войну собираемся!
— Разрешите? — в палатку заглянул полковник Федяев.
— Смирно, — подал команду Денис.
Все поднялись.
— Сидите, — отмахнулся Валера. — Ну как, готовы?
— В рамках разумного, — кивнул Паша. — Если нас в мясо не превратят вместе с Колмыковым.
— Да перестань, Паша, — комбриг хлопнул его по плечу и присел на чей-то спальник. — Всё будет хорошо. Задача не самая сложная, все варианты просчитаны, артиллерия и авиация уже долбят их оборону, так что пойдём в хорошо наглаженное и отутюженное место.
— Хотелось бы… — хмуро ответил Шабалин, присаживаясь на кучу своих вещей.
— Тебе привет от отца, — вдруг сказал Федяев. — Только что разговаривал с ним по спутниковому телефону.
— Как он? — оживился Паша.
"— Всё у них там хорошо. Я сказал ему, что к концу недели твоя рота домой убывает.
— Он обрадовался?
— Разумеется, — улыбнулся Валера. — Как не радоваться?
— Ну, так-то да… — кивнул Паша, чувствуя, что эта весть нисколько его не обрадовала, а только еще больше прищемило сердце.
— А теперь серьезно, — сказал Федяев. — Пацаны, я на вас надеюсь. Обстановка там сложная, городские кварталы, дальности небольшие могут быть, но задачу вы должны выполнить.
