- Смерть стала чем-то привычным, еще вчера эти люди делили с тобой пищу, сражались рука об руку, а сегодня ты отдаешь распоряжения, что делать с их трупами…после такого особенно ценишь время, каждое его мгновение в окружении небезразличных тебе людей... Прости, что я не принял во внимание твои чувства.
Сглатываю и хмурюсь.
Это значит, что он берет назад свои слова о любви и отступает? В сердце что-то болезненно кольнуло, при мысли о таком исходе. Ночь откровений на многое открыла полковнику глаза, ввязываться в историю со мной может быть опасно, ибо папочка не дремлет, и если мне он ничего не сделает, то жизнь испортить неугодному поклоннику вполне ему по силам.
Сжимаю челюсти, злясь непонятно на что.
- Я благодарен, за все, что ты делала ранее. Пусть и не совсем понимаю причины, все же…спасибо. За приют и остальное.
Не отвечаю, потому что ничего в голову не приходит. Эта благодарность как ненужный балласт тянет мое до этого хорошее настроение вниз. Между нами словно дистанция образуется, навалил вежливых фразочек и отдалил таким образом от себя. Даже обидеться не за что, ведь вроде как, оценили мои труды и старания.
Какое-то паршивое послевкусие.
Дальше тема разговора после пятиминутного молчания переходит на рассуждения о деятельности кронпринца на землях империи и месте для предстоящей стоянки.
Эш уводит коня проверить войско, и я выдыхаю.
Это то, чего я хотела, но получив, не испытываю никакого удовлетворения.
К вечеру мы останавливаемся у леса и делаем привал. Я ухаживаю за лошадью, проверяю своих подчиненных и молча приняв от дежурного тарелку с кашей, сажусь с остальными возле разожженного костра и принимаюсь за еду. Солдатские разговоры не отличаются правилами хорошего тона, а офицеры рядом со мной обсуждают знакомых, имена которых мне неизвестны, так что к беседам вокруг я не спешу присоединиться.
Хочется побыть одной. Тело ломит от долгого и изнурительного пути, а осознание того, что завтра он продолжится, казалось, только добавляет усталости и нежелания двигаться.
После еды многие берут принадлежности из сумок и двигаются в сторону озера. Раз уже есть такая возможность, неплохо было бы смыть с себя пот и грязь. Но я не тороплюсь, купаться с мужчинами не будет удобно ни им, ни мне.
Когда солдаты возвращаются и обустраиваются кто в расставленных палатках, а кто прямо на земле, решаю, что местечко для купания освободилось.