Автор
В помещении царила мертвая тишина, а страх за свою жизнь резал сердце. Но решившись на выход, женщина взяла все его дара и кулон, который теперь был её единственной связью с тем временем, когда любовь была безграничной.
Мне придётся поехать в Москву через четыре дня…И, скорее всего, я возьму ведьму с собой…
Глава 21
Не отхожу от него. Просто не могу отойти. Каждую ночь снятся кошмары. Как он тонет. Как в морской глади я не могу отыскать его бессознательное тело. А когда просыпаюсь, я снова и снова душу его своими объятиями, и мы занимаемся любовью. Кажется, что бесконечно. Только это и делаем.
— Тебе нельзя волноваться, Катюш… — Глеб гладит меня по голове, и я успокаиваюсь. Только в его сильных руках я улавливаю эту необходимую мне дозу умиротворения и безмятежности.
— Конечно хочу. И ещё хочу увидеть Соню. Очень хочу…
— У них с Киром какие-то разногласия…
— Что? — удивленно смотрю на него. — В смысле? Почему ты сразу не сказал?
— Я узнал только ночью. Потому что он звонил. Ты уже спала. Я не в курсе в чём дело, он никогда не распространяется. Узнаешь у неё, когда увидитесь. Но только в безопасном месте, я сам организую вашу встречу, договорились?
— Хорошо, — соглашаюсь, и мне становится тревожно.
— Ведьма, не волнуйся…Я вижу, что ты нервничаешь. И даже мои объятия уже не работают.
— Они работают всегда…В прошлый раз, когда мы с тобой перестали общаться…Я так безумно хотела, чтобы ты обнял. Чтобы прижал к себе и не отпускал больше. Я хотела. Но видела лишь безразличие, — шепчу ему со слезами на глазах, а он тут же стирает их своими большими пальцами, придерживая меня за лицо.
— Чего-чего, а безразличия там явно не было…Всё, о чём я думал — это ты…Я просто сходил без тебя с ума…И притворялся ради твоего же блага. Ни на секунду не забывал нас…Никогда бы не забыл…Смотрел на стекло своего Бэнтли и внутри всё щемило, Кать…
— Обними меня…Не оставляй меня никогда. Никогда больше не оставляй, — прижимаюсь к нему, обвивая ногами и руками. Рискую задушить, пока Глеб лишь смеётся, переворачиваясь на спину вместе со мной.
— Эй, мама-панда, ты чего?
— Как? Мама-панда? — улыбаюсь, глядя на него. — Почему?
— Не знаю, они прикольные. Прижимают своих детей, нежничают. Обвивают лапами, сильно любят. Ты такая же…
— Ох…Как это миииило, Адов, — улыбаюсь, целуя его подбородок. — Стоит ли говорить, как я без ума от тебя?
— Я и так это знаю, — хитро улыбается он. — Но можешь сказать. Лишним не будет…
— Я тебя люблю.
— А я люблю тебя. Навсегда.
