Автор
Презрительно скомкав записку, лорд Эшенден поднялся и вышел из дома. Только четыре слова и имя — и она уже обозначила время встречи. Она не стала ничего объяснять, лишь ушла в тишину ночи, оставляя Джеймсу только догадки. На рассвете встретимся там, где всегда, надеется он....
Сначала то были чувства озорной маленькой девчонки. Потом нас разлучили, а с разлукой умерла и любовь. Мы оба прошли этап… нахождения в коконе. Чтобы выжить, мы были вынуждены завернуться в собственную гордость и отрицание. Но теперь мы вышли навстречу чему-то новому, что оба мы сочтем восхитительным, если, конечно, достанет смелости…
С этими словами она взялась за ленточку у ворота ночной сорочки и дерзко ее развязала.
— Тебе необязательно это делать, Джорджи.
— Но я хочу, — возразила она, развязывая вторую ленту.
Эдмунд сжал руки в кулаки.
— Джорджи, если ты обнажишься еще немного… Она тут же развязала третью ленточку.
Дыхание его сделалось прерывистым.
— Я же всего лишь мужчина, черт подери. С такими же потребностями, как майор Гоуван. — Он отступил на шаг. — Мне очень жаль. Я не вынесу, если вызову у тебя отвращение.
— Ты никогда не вызовешь у меня отвращение, Эдмунд, — возразила она, не двигаясь с места. Ей очень хотелось шагнуть к нему, но ноги так дрожали, что она больше им не доверяла. — Ты верно заметил, я не пережила бы… любви другого мужчины.
Казалось, что он тоже слегка подрагивает. Для Джорджианы это служило утешением, поскольку ей было совсем не просто стоять перед ним с частично обнаженной грудью, поощряя смотреть на себя.
— Если кто и может помочь мне преодолеть это препятствие, то только ты. Я поняла, что мне потребуется помощь. В большей степени, вероятно, чем любой другой женщине. Потому что я понятия не имею, что нужно делать.
— Джорджи, нет, — перебил Эдмунд. — Не нужно ничего делать, просто будь собой. Не старайся доставить мне удовольствие. Ты уже это делаешь.
— Тогда почему ты до сих пор там стоишь, когда я… — Она указала на распахнутый ворот ночной сорочки.
— Потому что я скорее умру, чем отвращу тебя от себя. Я знаю, что физическая близость кажется тебе… омерзительной.
— С любым другим мужчиной так и было бы, я действительно имела это в виду. Но, Эдмунд. Пришло время мне научиться быть настоящей женщиной. Не хочу навсегда застрять на стадии… — Она покачала головой. — Иметь женское тело, но не чувствовать себя в нем как дома. Понимаешь, что я имею в виду? Всегда бороться со своей сущностью.
