Зато когда его покрывали слоем нанохрома, то из него получались отличные стволы для любого стрелкового оружия от пистолетов до крупнокалиберных орудий. Нанометаллы имели на редкость удивительные свойства и их производилось на наших предприятиях всё больше и больше. Дело даже дошло до того, что наши станкостроители, которые только что освоили выпуск станков третьего поколения, решили на этом не останавливаться и заменить их на станки четвёртого поколения, изготовленные из наносплавов и финабена.
При своем неприятном свойстве истирать о себя все, кроме алмаза, финабен был хорош тем, что не поддавался короблению и имел практически нулевой коэффициент расширения при нагревании, что делало его идеальным конструкционным материалом для изготовления различных опор, станин для станков, поршней и цилиндров, лопаток турбин и многого другого. Методом электровакуумного напыления его покрывали не только нанохромов, но и другими нанометаллами и наноматериалами, что полностью лишало его абразивных свойств получше, чем у корунда. Зато из финабена получались отличные абразивные и отрезные диски, которые резали всё, что угодно, а если в него ввести нанопорошок алмаза, то и этот минерал. Учёные, разработавшие его, на мой взгляд вполне заслуженно стали уже в те годы миллионерами. Ну, тут они были не одиноки. Никто из наших учёных не бедствовал, да и рабочие были вполне довольны своей заработной платой, условиями труда и, что самое главное, всеми прочими бонусами, которые они получали от нас.
Если со всеми теми парнями, которые прибыли в страны Латинской Америки из России, у нас каких-то особых трудностей не было, ведь уже в девятьсот седьмом годы они знали всю правду о нас, то с вольнонаёмным народом нам приходилось держать ухо востро. Буквально с каждым человеком, нанимавшимся к нам на работу, проводилось многочасовое собеседование и если это было возможно, то наши рекрутеры заглядывали в его прошлое и бегло просматривали, кем тот был пятнадцать лет назад, приличным человеком или сволочью. С откровенными сволочами нам не хотелось иметь дело и мы указывали им на дверь, но в то же время даже и не мечтали, что все будут ангелами. С каждым человеком мы подписывали контракт на пятнадцать лет и объясняли ему, что либо он будет все пятнадцать лет работать добросовестно и станет очень богатым человеком и к тому же акционером предприятия, либо в том случае, если вдруг выяснится, что он является балластом для нас, то ему тогда прямая дорога на Кошарские острова, то есть в одну из самых отдалённых эстансий, где он станет простым пеоном и откуда уже не сможет сбежать.