Умный иллюзионист оглядывает участников торгов, предвкушая еще более потрясающий момент. Цена предмета на продаже уже достигла двух миллионов восемьсот тысяч рублей, но это лишь начало драматического роста. Иллюзионист чувствует, что цена будет расти до невиданных пределов. Внезапно маленький японец поднимает программку, ставки повышаются, и все внимательно следят за завершающимся хитроумным трюком....
В конце концов, кроме няни, можно нанять еще дипломированную гувернантку, будет кому присмотреть за ребенком…
Она упорно молчала, не спеша согласиться. Она вообще ни с кем никогда не соглашалась, всегда все делала по-своему.
– Ну, дорогая, – он прибавил в голос нежности, для чего тебе эти заморочки? Уступи ему или хотя бы пообещай. Своди дочку к нему в гости, всем от этого будет только лучше.
– Что ты-то так беспокоишься? – снова завелась она. – Тебе-то какое дело?
Вадим почувствовал нечто вроде сострадания к ее покойному мужу – это же надо, больше четырех лет человек выдержал!
– Разумеется, это ваше семейное дело, – ответил он, – но все же хотелось бы, чтобы все было по-человечески…
Андрей Николаевич после ухода невестки долго сидел за столом и бездумно смотрел в одну точку на противоположной стене.
Сейчас он никак не может позволить себе отвлекаться на борьбу с подлой бабой, у него нет времени. Но потом, когда он разберется с самыми неотложными делами, он вплотную займется этим вопросом.
А пока нужно вернуться к своим неприятностям. Он вздохнул и снял трубку телефона.
– Сергей, это Кочетов, – заговорил он, – ты готов к беседе со мной? У тебя есть новости?
Теперь в голосе его не было и намека на нерешительность.
Алла Валериевна Брюквина проработала почти всю свою сознательную жизнь лаборантом в крупном НИИ. По этому поводу она искренне считала себя научным работником.
Ее научная работа заключалась в обслуживании допотопной копировальной машины, при помощи которой сотрудники НИИ снимали копии с чертежей, схем и научных докладов.
"Когда-то работа Аллы Валериевны считалась серьезной и даже секретной, поскольку всякая множительная техника находилась под строгим контролем государства. Кроме того, для ухода за копировальной машиной ежемесячно выписывали большое количество спирта.
