Умный иллюзионист оглядывает участников торгов, предвкушая еще более потрясающий момент. Цена предмета на продаже уже достигла двух миллионов восемьсот тысяч рублей, но это лишь начало драматического роста. Иллюзионист чувствует, что цена будет расти до невиданных пределов. Внезапно маленький японец поднимает программку, ставки повышаются, и все внимательно следят за завершающимся хитроумным трюком....
– Еще бы не плохо! Не успеет девочка к одной привыкнуть, а мать уже ту прогонит, новую приведет!"
"– Ну вот, здесь все исправил, – мастер убрал инструменты в чемоданчик, – теперь надо по этажам пройти, посмотреть, может, где-то в распределительной коробке контакт нарушен.
Консьержка с умным видом покивала – как-никак, в прошлом она была научным работником! Ну, или почти научным работником…
Поднявшись на два лестничных пролета, мастер на минутку остановился, чтобы поправить усы.
Лола утром схалтурила, гримируя его, и плохо приклеила левый ус, так что во время разговора с консьержкой он слегка отклеился и Ленина легенда чуть не лопнула, как воздушный шар.
Убедившись, что усы в порядке, Маркиз поднялся на четвертый этаж.
На площадку выходили две двери, однако Леня сразу установил, что ему нужна левая, поскольку на правой двери красовалась медная табличка:
«Аветик Одиссеевич Айвазов, адвокат».
Судя по этой табличке, обладатель экзотического отчества принимал клиентов на дому, тем самым упростив Ленину задачу.
Маркиз подошел к левой двери и нажал на кнопку звонка.
– Кто здесь? – почти сразу раздался за дверью недовольный женский голос.
– Мастер, – отозвался Леня, – у вас неисправен домофон, я должен его починить.
Дверь открылась на цепочку, и в образовавшейся щели появилось широкое и курносое женское лицо, густо обсыпанное веснушками.
Лицо это явно не принадлежало телевизионной ведущей Варваре Строгановой, поэтому методом исключения Леня предположил, что перед ним находится очередная няня девочки Даши.
– Какой такой мастер? – окрысилась няня. Ничего не знаю! Хозяйки нету, а без нее никого не ведено пускать!
– Ну, как знаете, девушка, – проговорил Маркиз, – я отмечу у себя, что вы отказались от ремонта, а вы распишитесь, – и он протянул няне бланк со смазанной печатью.
– Чего это я должна расписываться? – проговорила няня неожиданно довольным голосом.
Этот довольный голос образовался у нее по очень странной причине.
