Умный иллюзионист оглядывает участников торгов, предвкушая еще более потрясающий момент. Цена предмета на продаже уже достигла двух миллионов восемьсот тысяч рублей, но это лишь начало драматического роста. Иллюзионист чувствует, что цена будет расти до невиданных пределов. Внезапно маленький японец поднимает программку, ставки повышаются, и все внимательно следят за завершающимся хитроумным трюком....
Лола мысленно пожелала себе удачи и тут заметила, что, судя по положению выключателя, свет в ванной не горит. Лола зажала зонтик под мышкой, одной рукой включила свет, а другой – рванула дверь на себя, одновременно заорав:
– Всем стоять на месте! Милиция!
Она не успела рассмотреть, кто же там в ванной безобразничает, потому что светильник вспыхнул, зашипел и взорвался, одновременно раздался жуткий грохот, и ванная потонула во тьме.
С перепугу Лола решила, что началось землетрясение, либо же в ее ванной комнате взорвалась подложенная террористами бомба.
Лола постояла немного возле двери, подумывая, не вызвать ли и вправду милицию, потом прислушалась и разобрала какие-то подозрительные звуки. Свет в ванной не горел, не горел он теперь и в туалете, и на кухне замолчал холодильник, стало быть в квартире устроили короткое замыкание.
Лола тихонько приоткрыла дверь, и тотчас из темноты кто-то заорал на нее басом:
– Стой! Стр-релять буду!
Лола мигом плюхнулась на пол и по-пластунски отползла за угол.
«Ну что же это такое! – мысленно застонав, подумала она. – Что происходит? В собственной квартире я не могу быть в безопасности!»
И в это время из ванной раздался жуткий вой.
Именно так, должно быть, выла собака Баскервилей ночью на болоте. Именно так воет голодный тигр-людоед, подбираясь к индийской деревне.
Лолино сердце с размаху ухнуло вниз. Лоле и самой захотелось срочно упасть в обморок и пускай потом будет что будет. В конце концов Ленька явится когда-нибудь домой и найдет ее, бесчувственную, а возможно, и заснувшую навеки. Нет, такой вариант Лолу не устраивал.
– Уаувау-у-у! – доносилось из ванной.
Лола встала и на негнущихся ногах побрела на кухню. Там она нашла в ящике стола сильный фонарик и, подбадривая себя, снова двинулась к ванной.
Распахнув дверь, она включила фонарь. Яркий луч осветил совершенно разоренную ванную комнату, обломки мебели на полу, треснувшую раковину. Снова раздался крик, что-то большое и черное валялось на полу и выло. Лола наклонилась, и тотчас из-под нее взмыл попугай – шумно, как тетерев. Он задел Лолу крылом и вылетел в открытую дверь.
– Господи! – ахнула Лола.
