Умный иллюзионист оглядывает участников торгов, предвкушая еще более потрясающий момент. Цена предмета на продаже уже достигла двух миллионов восемьсот тысяч рублей, но это лишь начало драматического роста. Иллюзионист чувствует, что цена будет расти до невиданных пределов. Внезапно маленький японец поднимает программку, ставки повышаются, и все внимательно следят за завершающимся хитроумным трюком....
Маркиз вошел в полутемный коридор, но не успел сделать и трех шагов, как на его голову обрушился удар и в глазах еще больше потемнело.
Придя в себя, Леня, напротив, вынужден был зажмуриться, настолько яркий свет бил ему в лицо.
– Уберите лампу! – проговорил он и попробовал пошевелиться, однако это ему не удалось – руки и ноги были туго связаны веревками. Вдобавок к этому, голова чудовищно болела от удара.
– Чего ей нужно на этот раз? – раздался у Лени за спиной скрипучий мужской голос, полный с трудом сдерживаемой ненависти.
– Вы всех посетителей так встречаете? – ответил Леня вопросом на вопрос. – Я немножко иначе представлял себе парфюмерный бизнес! Нежные ароматы, красивые флаконы и никакого насилия!
– Посетитель! – с издевкой проговорил скрипучий голос. – Посетители не приходят «по личному делу»! Тебя подослала она!
– Кто – она? – недоумевал Маркиз. – И вообще, я хочу встретиться с Рэмом Ивановичем!
– А я, no-твоему, кто? – Обладатель скрипучего голоса прошел вперед и повернул яркую лампу от Лениного лица.
Когда глаза Маркиза привыкли к освещению и смогли различать окружающие предметы, он был удивлен."
"Леня надеялся увидеть крепкого мускулистого мужчину средних лет, того самого, который в гипермаркете «Аквариум» увел у него из-под носа одного из двух последних медведей, но перед ним появился невысокий худощавый человек хрупкого, почти мальчишеского телосложения, с голубыми глазами и светлыми вьющимися волосами, в общем, совершенный ангел, хотя и несколько состарившийся – ему было, скорее всего, прилично за сорок.
– Чего ей еще нужно? – проговорил стареющий ангел, точнее, проскрипел, как плохо смазанная дверная петля.
– Да кому ей-то? – в полной растерянности повторил Маркиз. – Объясните, я ничего не понимаю!
– Стерве! Мегере! Похотливой обезьяне! Драной кошке! Наверняка это она вас подослала!
– Я уже оценил ваш темперамент и глубину чувства, но так и не понял, о ком вы говорите!
– О своей бывшей жене, разумеется! О Диане! это имя Рэм Иванович произнес так, как будто оно было самое грязное ругательство.
– Вы, конечно, можете мне не поверить, – проговорил Маркиз. – Но я вашу жену не видел ни разу в жизни.
– Да? – голубоглазый «парфюмер» склонился к Лене и недоверчиво вгляделся в его лицо. – А какое же тогда у вас «личное дело»?
– БМВ такой-то номер принадлежит вашей жене? То есть, вашей бывшей жене?
– Ага! – истерично выкрикнул Рэм Иванович.
