Умный иллюзионист оглядывает участников торгов, предвкушая еще более потрясающий момент. Цена предмета на продаже уже достигла двух миллионов восемьсот тысяч рублей, но это лишь начало драматического роста. Иллюзионист чувствует, что цена будет расти до невиданных пределов. Внезапно маленький японец поднимает программку, ставки повышаются, и все внимательно следят за завершающимся хитроумным трюком....
– Так… – задумчиво протянул он, – медведь есть, девушка есть, осталось выбрать реквизит и обстановку…
– Чего? – недоуменно протянула Барби. – Обстановка у меня отличная, ты не представляешь, сколько я в нее бабок вбухала!
Леня напомнил себе, что с этой особой нужно разговаривать самыми простыми предложениями, и проговорил:
– Ну, короче, надо придумать, где тебя снимать.
– Ну, хоть в кровати, – протянула Барби и взялась за край шелкового покрывала.
– Я же тебе говорил, – поморщился Леня, – мы снимаем не для «Плейбоя» и не для «Пентхауза», а для «Космополитен»…
И в это мгновение у него за спиной раздался звериный рев.
На пороге спальни стоял Лимон собственной персоной, и вид его был ужасен.
Ноздри раздувались, по лицу, багровому от ярости, перекатывались желваки. Пудовые кулаки были сжаты и просились в дело.
– Шлюха! – заорал бритоголовый. – Живешь на мои деньги и водишь в квартиру мужиков? Да я из тебя чучело набью!
– Лапсик! – истошно завизжала Барби.
– Что, интересно, я могу подумать? – гремел Лимон, набирая обороты. – Не успел я уйти, а у тебя уже какой-то козел! Вы в спальне, ты почти голая и уже собиралась забраться в кровать! Ну, и что, интересно, ты мне сейчас начнешь в мозги втирать?
– Это совсем не то! – вопила смертельно перепуганная девица. – Лапсик, это совсем не то, что ты подумал! Это не мужчина, а этот… как его… кар… кор… корреспондент!
С перепуга Барби даже сумела выговорить такое длинное иностранное слово.
– Ха-ха-ха! – Лимон деланно рассмеялся. – Охотно верю, что это не мужчина, я его соплей перешибу, но насчет корреспондента – это ты загнула! С каких это пор корреспонденты берут интервью в кровати? Да и какому идиоту придет в голову разговаривать с тобой? Что ты можешь ему рассказать?
Ты только для одного годишься! Точнее, годилась до сегодняшнего дня, а теперь я тебя так отделаю, что даже санитары в морге побрезгуют!"
"– Помогите! – заорала Барби, вскочив на прикроватную тумбочку.
– Девушка совершенно права… – начал Леня, немного отступая перед бритоголовым, который яростно размахивал кулаками, – я действительно представитель прессы…
– Слушай, ты только меня не грузи! – прорычал Лимон, повернувшись к Маркизу.
