В зале магистра Веллес ждала тишина, нарушаемая лишь его отчаянным стоном. Я понимала его горе и тревогу за ученика — ведь долг службы святому делу можно было перенести только до определенного возраста. Аго и Маринка появились не случайно: их интерес к миру призраков и чудес был столь амбиентным, что сложно было отказать....
Ждать нашего появления он не собирался. И теперь уже продолжал начатую мысль, показывая на страницу открытой книги свернутыми рулоном эпикризами:
– Да, доказательства не исчерпывающие, но пробелы уже можно закрыть. Никита не родился с силой, которая превосходит возможности любого чистокровного ведьмака, он ее получил! Такой дар встречается редко, но я нашел о нем упоминание. Магистр, ну хоть вы подтвердите, что в этом талмуде написана не собачья чушь!
Старый ведьмак прокашлялся и нехотя кивнул:
– Господин Эйм верно говорит, такая способность иногда встречается – возможность высасывать магическую силу из других существ.
– Допустим, что так! – выкрикнула молодая валькирия в стороне. Кажется, она была главой первого отряда магикопов. – Господин Эйм, ты намекаешь, что в данном случае просто нерожденный ребенок обладал таким даром? И неосознанно убил собственную мать, забрав ее силы?
– Именно, – хмуро ответил Диминик.
– Но этот контакт уже нельзя назвать столь же тесным, – усмехнулся магистр.
Диминик перевел на него прищуренный взгляд:
– Быть может, именно поэтому его смерть наступила не через пару недель, а через несколько месяцев.
Магикопы зашумели.
