Автор
В холодной атмосфере гнетущего подслушивания слышится прикосновение скрежающей металла тюрьмы. Яростный парфюм мускуса и цедры растекается по каменным стеноам, отравляя воздух серой истерикой. Кровь в венах вскипает до самого предела, душа раскачивается между умиротворением и безнадежностью....
Заманалась я уже сегодня бегать туда-сюда, а я женщина пожилая. Ноги болят. Давление скачет. Всё, иди!
Повелительно машет рукой, и я растерянно выхожу из приемной. А где, собственно, бухгалтерия? Спускаюсь в главный зал офиса — открытое пространство островками столов, которые разделены между собой перегородками.
— Извините, — подхожу к пожилому мужчине с толстыми роговыми очками на носу, — а где бухгалтерия?
— За авансом? — поднимает на меня мутный взгляд. — Не дадут. Мне от ворот поворот дали. Змеи подколодные!
— Ты на прошлой неделе брал аванс, Гриш, — к нам на скрипучем кресле разворачивается тощая женщина с глубокой морщиной на лбу.
— И что? Вот пусть половину гулькиного носа и дадут! Мне очень надо!
Женщина указывает рукой на дверь в углу офиса, и торопливо семеню мимо столов. Мужчины и женщины углублены в работу и громко клацают мышками. На экранах — чертежи, в которых я ничего не понимаю.
— Алексей! Почему у тебя трубы без уклона?! Говно нахер из унитазов полезет! — громогласно орет толстый мужик в полосатой рубашке и бросает на стол испуганному парню с рябым листом кипу бумаг.
— Да особо ничему и не учили, — Алексей втягивает голову в плечи. — Та еще шарашка.
— Переделывай! — бьет кулаком по столу. — Щенок!
Алексей вздыхает, и я скромно стучу по двери. Не дождавшись ответа, вхожу в светлый кабинет, где три дамы средних лет с жуткой химией на голове распивают чай с тортиком.
— Вот, — протягиваю женщине с рыжими мелкими кудряшками, — просили передать.
Отхлебывает чай, отставляет чашку в сторону и принимает папки. Хочу уйти, но женщина поднимает руку, пресекая мой побег. Внимательно перелистывает документы, причмокивает и вытирает губы салфеткой.
— Лен, дай отчеты за квартал, — прячет папки в ящики низенькой тумбочки.
Женщина с выбеленной паклей на макушке через стол протягивает синюю папку, которая через секунду оказывается у меня в руках.
— Отнеси.
— Кому? — удивленно хлопаю ресницами.
— Машке, — Лена отправляет ложку со взбитыми сливками в рот.
— Тортика не желаешь? — спрашивает женщина с иссиня-черными и короткими завитками на голове.
Похожи на трех ведьм. Потасканных жизнью и заботами.
— Нет, спасибо, — перевожу взгляд на папку в руках. — Но я ведь…
— Тогда иди, чего встала? — фыркает Лена. — Не мешай работать. Стоит! Рот открыла!"
"Действительно. Выхожу и вздыхаю.
