– Софья махнула рукой. – Завербовался на прииск и золото моет. Правда, Майке деньги шлет, тут все по-честному у них. Хоть она и подозревает, что любовнице тоже шлет! Все выведать собирается, только не знает как. А писателей всех под суд и на общественные работы!..
Василий Васильевич согласился и предложил всех мужиков-козлов тоже под суд. Софья подумала и сказала, что вот так всех разом, пожалуй, не выйдет. Мура заявила, что пойдет спать – устала и немного простужена.
Меркурьев догнал ее на лестнице:
Он легонько хлопнул ее по джинсовой попе. Она повернулась, очень удивленная, и Василий Васильевич так смутился, что защипало в глазах и шее стало жарко.
– Нет, – пробормотал он, не глядя на Муру, – правда. Ушла, а я остался все это выслушивать.
Мура посмотрела на него, сказала:
– У тебя уши горят, как фонари.
И стала подниматься.
Меркурьев постоял немного, а потом в два шага опять догнал ее. Они прошли свой этаж, поднялись на третий и постучали к Сане.
– Открыто! – отозвались с той стороны, и они вошли.
Саня сидел на полу перед камином. Несуразный пес лежал рядом, настороженный и словно удивленный. Время от времени, устав быть бдительным, он клал голову Сане на коленку, глаза у него начинали закрываться, но тут он подскакивал, словно вспомнив что-то, встопорщивал уши и напружинивал спину.
Кристина сидела с другой стороны, тоже на полу, и смотрела на пса, словно никогда в жизни не видела собак.
– Мы не стали его мыть, – сообщила она, когда Меркурьев с Мурой подошли и тоже стали смотреть, – чтобы не нервировать. Я у Нинели взяла котлету, сказала, что хочу в комнате поесть. И кипяченого молока.
У Саниной ноги стояли пустая тарелка и кружка.
– Пес молоко из кружки пил? – удивился Василий Васильевич.
– Ну да, – кивнула Кристина, – я ему наклонила ее немножко, так он все до конца вылакал.
– Если вы будете его каждую минуту кормить, он превратится в бегемота Ганса, – предупредил Василий Васильевич. – Это же уличная собака, а вы ей такие разносолы: и котлеты, и молоко!..
– Да надо же человеку поесть как следует! – возразил Саня и почесал пса между ушами. Санина рука была огромной, а собачья голова маленькой. – Он, может, никогда досыта не ел.
Мура присела и тоже стала гладить пса по голове. К Муре он отнесся настороженно, косился на нее и шевелил ушами.
– Хозяевам не признались, что собаку в дом притащили?
Саня с Кристиной посмотрели друг на друга.
– Не-а, – ответил Саня. – Чего там!.. Они возражать не станут. А станут, так мы в город уедем. Да, Крыска?
– В какой еще город! – с досадой воскликнул Василий Васильевич. – Изумруд надо искать, а не в город ехать!..
– Ты хороший пес, – говорила Мура. – Ты молодец, что к Сане прибился, все правильно сделал.
– А как его назвать, мы еще не решили, – продолжала Кристина.