Детектив для уютной осени — читать онлайн бесплатно полностью

В июне всегда было холодно и дождливо, все переживали и спрашивали друг у друга, будет ли лето, и вспоминали годы, когда в это время уже можно было купаться и по вечерам сидеть в одной футболке. В июле начиналась жара, и нужно было непременно успеть в отпуск, не потеряв ни одного теплого дня!.. Отец бился за июльские путевки как лев – всем хотелось ехать в санаторий именно в июле!..

В августе иногда случались первые заморозки, и от них чернела огуречная листва. Это называлось «заморозок побил». В августе ехать в отпуск считалось глупо – в любой момент погода могла испортиться, то есть жара могла кончиться.

Меркурьев тоже переживал за жару, особенно когда ходил в байдарочные походы. Сидеть днем в байдарке, а вечером в палатке под непрекращающимся дождем было скучно. Он любил жару, считал, что только жарой измеряется радость и удовольствие от лета, а осень терпеть не мог.

Со временем все изменилось.

В жару Меркурьев становился вял, медленно двигался, с трудом соображал и стал понимать, почему восточные мужчины проводят жизнь в беседках и чайханах за зеленым чаем и игрой в нарды. Он стал ждать осени – чтобы вернулись бодрость, ясная голова, желание деятельности, а не лежание на топчане в тени винограда, чтобы подмерзнуть в теплой куртке и потом греться, радуясь, что нет жары!

Такого счастья, как снег на пляже, он даже не мог себе представить.

Нужно разбудить Муру и сводить ее на море, посмотреть на снег. К обеду наверняка выйдет солнце, снег растает, и она ничего не увидит.

Василий Васильевич бежал по «променаду», заставляя себя немного ускоряться – бег должен быть атлетическим, просто так, ради удовольствия, бегают только пенсионеры и худеющие барышни!.. Он хвалил себя за то, что бегает каждое утро, и ругал за то, что все еще не может взять штурмом лестницу.

Он должен это сделать!.. У него есть цель – каждый день кросс плюс лестница!..

Сумерки не рассеивались, а как будто сгущались – с моря шли низкие сизые тучи, растрепанные по краям, и в просветах не было неба, а только другие, более высокие тучи.

Меркурьев добежал до поворота и еще немного ускорился. Ноги несли его неохотно, и он сердился на них и подгонял.

После поворота стал виден маяк, время от времени Василий Васильевич посматривал на него, уговаривая про себя, чтобы он приближался быстрее. Маяк не двигался с места.

Тогда он перестал на него смотреть и засек время, чтобы взглянуть через две минуты.

Он посмотрел через одну и остановился посреди «променада», словно наткнувшись на непреодолимое препятствие.

На вершине маяка горел огонь.

– Ерш твою двадцать, – пробормотал Меркурьев, не отрывая взгляда от маяка.

Огонь мигнул и погас.

– Да что ты будешь делать! – заорал на весь пляж Василий Васильевич, голос его заглох под обрывом.