Распустил народ Берсеньев, то ли дело моя сестрица… Тут из кабинета потянулись сотрудники, с любопытством косясь на меня, а вслед за ними вышел Сергей Львович. Сунул мне кулак под нос и сказал:
– Это тебе за мою разбитую рожу, – ответила я, поднимаясь.
– Где хоть она разбитая? Приложил-то совсем ничего. – Он обнял меня за плечи и рассмеялся. – Едем за поросенком, не позволим животному мучиться.
Тут появилась секретарь. Мы были с ней немного знакомы, мое появление ее очень удивило, а рука Берсеньева на моем плече удивление лишь увеличила. Теперь пойдут гулять сплетни по офису… мог бы руку-то убрать.
– Я уезжаю, – сказал Сергей Львович начальственно. – Сегодня меня не будет.
Подхватил пальто с вешалки и пошире распахнул передо мной дверь.
– Прошу вас… У меня есть адрес матери Дыбенко, – спускаясь по лестнице, похвастал он.
– Опять обаяние помогло?
– Интернет. Прогресс далеко шагнул, но тебя, конечно, не коснулся.
В этот раз дорога до Голованова показалась очень долгой. Может, потому, что Берсеньев, против обыкновения, помалкивал. Я тоже с разговорами не лезла, но о вчерашней встрече с Одинцовым все-таки рассказала.
– Вдовец не теряет надежды отыскать убийцу? – хмыкнул Сергей Львович.
– Что в этом смешного?
– Я бы на твоем месте слупил с него денег побольше, а то потом не получишь ни копейки.
– Я не за деньги бегаю. За идею.
– Идея – это хорошо, но деньги все-таки слупи.
Дверь нам открыл мальчишка лет тринадцати, веснушчатый и лопоухий, с желтовато-карими смешливыми глазами.
– Вам кого? – спросил он, переводя любопытный взгляд с меня на Берсеньева.
– Андрей Петрович дома?
– Ба, – позвал он, повернув голову. – Здесь дядю Андрея спрашивают.
– Да что ж это такое…
В прихожей появилась женщина, высокая, статная, с очень красивым лицом, темнобровая и темноволосая. Ее сходство с Андреем бросалось в глаза. Шла она с трудом, левая нога в гипсе, рукой она опиралась на палку, это придавало ей величественный вид. Я некстати подумала: так могла выглядеть предводительница пиратской шайки. Берсеньев представился и повторил вопрос.
– Заходите, – кивнула женщина. – Через порог не говорят.
Мы вошли в прихожую, мальчишка, решив, что его миссия выполнена, нырнул под левую руку бабули, которой она уперлась в стену, словно закрывая нам проход, и скрылся в недрах квартиры. «Пройти дальше нам не предложили, значит, разговаривать придется в прихожей», – решила я и покосилась на Берсеньева, пора ему включать свое обаяние.
– Андрея нет, уехал, – сказала женщина.
– Мне рекомендовали вашего…
– Сына, – подсказала она. Берсеньев легким поднятием бровей дал понять, что слегка удивлен, дама на это ответила улыбкой.