– Лионелла опустила глаза на босые ноги. – Ну и обувь.
Можно только представить, что испытывала в этот момент она, любительница красиво одеться и произвести впечатление.
– У меня ничего нет, кроме того, что сейчас на мне, – ответила костюмерша. – Сами знаете, ехали сюда всего на один день.
Лионелла зашла в комнату и, обведя ее взглядом, спросила:
– А костюмы уже увезли в Москву?
– Нет, они все в костюмерном автобусе.
– А разве он еще не уехал?
– Без меня не имеет права. Я – материально ответственное лицо.
– Тогда принеси сюда мой костюм, включая обувь и шлем.
Тамара заколебалась:
– Но что скажет Пилютик?
– С ним я договорюсь, – заверила Лионелла. – Другой одежды здесь у меня нет.
Минут через десять Тамара принесла в комнату Лионеллы все, что она просила: кожаные брюки, рубаху, теплую кацавейку, шлем и сапоги, перевитые тонкими ремешками.
– Когда ты уезжаешь? – поинтересовалась Лионелла.
– Как только помогу мужу Бирюковой собрать ее вещи. Но он что-то задерживается.
– Когда бы успела? – вопросом на вопрос ответила костюмерша.
– Минут через десять я буду готова. Пойдем ужинать вместе.
– И вы отправитесь на ужин в этой одежде? – Тамара не сдержала смешка. – Шлем хотя бы не надевайте.
Столкнувшись с Лионеллой в столовой, директриса пансионата всплеснула руками:
– Зачем же вы встали?! Я только что приказала отнести ужин вам в комнату. И боже мой! Совсем забыла сказать, что ваши вещи еще не просохли.
– Об этом мне рассказала Тамара. – Лионелла стянула с головы кожаный шлем и, заметив свое отражение в оконном стекле, ужаснулась: – Господи!
– А как вы хотели? – строго поджала губы Елизавета Петровна. – Вас сюда в беспамятстве, на руках принесли. Очень жаль, что врач не приедет. Машина по дороге сломалась.
– Вот и хорошо, – заметила Лионелла.
– Ничего хорошего. Когда только дорогу нормальную построят? – Елизавета Петровна обернулась и позвала официантку: – Дуся, не носите ужин в десятую избу. Обслужите, пожалуйста, здесь.
Из-за дальнего столика поднялся Никанин и помахал им рукой:
За ужином говорили о Стрешневе. Никанин, как и все остальные, выразил надежду, что Максим жив.
– Все это глупости, – сказала Тамара. – Был бы жив, пришел бы за своими вещами. Неужели не ясно, что он утонул?
– Сегодня после обеда я наблюдал за тем, как на озере работали водолазы, – вполголоса произнес Никанин. – По-моему, это глупо – искать в одном месте. Озеро большое. – Он посмотрел на Лионеллу. – Вы неотразимы в этом наряде. Неординарный взгляд художника на костюм принес свою пользу. Не будь у него амбиций, пришлось бы вам ужинать в дырявом сарафане или грубой холстине. И, кстати, о вашем утреннем приключении я наслышан. Можете не рассказывать.