– А ты чего, зашитый, что ли?
– Я бегал, – сказал Василий Васильевич.
Это был сложный вопрос. Как ответить на него другу покойного, Меркурьев толком не знал, поэтому сказал, что бегал он для здоровья.
– Ты и так еле ноги несешь, – удивился друг покойного. – И еще бегаешь?
Василий Васильевич объяснил, что обычно на ногах он держится твердо, а нынешнее его состояние оттого, что он уморился на кроссе.
– Так ты до глюков добегался?!
Меркурьев подтвердил.
– Ну дела, – сказал друг, пожалуй, с любопытством. – Это до чего люди себя доводят своими силами! Ладно бы пил, а он бегает!.. Спортсмен, что ли? Олимпиец?
Василий Васильевич сказал, что он инженер из Бухары.
– О как! – удивился друг покойного. – А на урюка не похож!..
Меркурьев сильно вдохнул – наконец-то получилось! – сильно выдохнул, поднялся и зашаркал к фонтану – попить немного.
Сидящий провожал его взглядом.
– А у меня друг погиб, – сказал он, когда Меркурьев вернулся. – Был Ванюшка, и нет больше. С маяка упал – и насмерть! Помянуть бы.
– Я потом помяну, – пообещал Василий Васильевич. – Как вас зовут?
– Саня, – сказал друг. – И давай сразу на «ты». Когда мне «выкают», я сразу думаю, что я в налоговой.
– А какого лешего твоего друга ночью на маяк понесло, не знаешь? – спросил Василий Васильевич. – Вы же до полтретьего пили! Ну и шли бы спать.
– Да я-то пошел, – горестно сказал Саня, – а Ванюшка вот… промашку дал. Да он вообще рисковый пацан, Ванюшка! Во все драки с ходу ввинчивался, все приключений себе на одно место искал! Нашел, блин! Ты как хочешь, дядь, а я пойду накачу.
И Саня стал с трудом вытаскивать себя из кресла.
– Погоди ты, – велел Меркурьев. – Когда он на маяк пошел, ты где был?
– Да тут я был, в доме! Кто ж знал, что его на высоту понесет!
– Я понимаю, что в доме, но где именно? И что он сказал, когда пошел?
Саня уставился на Меркурьева. Глаза у него были воспаленные, больные.
– Чего сказал, чего сказал… Ничего не сказал! Разрешения у меня не спрашивал! Мы последний пузырь раздавили, и я спать лег.
– Где ты спать лег? – повторил Меркурьев терпеливо. – Под столом?
– Чего под столом-то, не ложился я под стол! Я в комнату к себе пошел, мне бабка здешняя еще с вечера ее показала. Самая лучшая, говорит, комната для вас, Александр Федорович, приготовлена!
– Чего это на втором-то, на третьем!..
– И ты на третий этаж сам зашел?
– Чего это я не зайду, я ж не маленький!
– Да ты не маленький, но пили вы весь вечер.
