Ранняя весна пленяет город золотистым нарядом вдаль Волги, где набережные блеснут отражением разноцветных ярмарочных лавок. Здесь ждет Кассандра, рыжеволосая дама с белыми бакенбардами и шевелюрой столько лет, сколько она помнит. Антон Долгополов, старый детективный кейс в жизни, приходит рассчитывать долги, а Кассандра — загадка, вокруг которой веет таинственность и магия....
Я тогда в столовке на раздаче работала. Одинокий он был. Помер уже.
– Помер? – спросил Крымов.
– Да лет двадцать как.
– И сколько ему было лет? – поинтересовался Долгополов.
– Много. Старичком помер."
"– А другие, матушка, остались? Старички-ведуны?
– Сама я не знаю. На этот вопрос вам ответит наш местный пиши-читай.
– И кто таков?
– Ты наливай, дедуля, а то все сразу хочешь. Уж больно хороша твоя настойка.
– Это, матушка, да, права ты, еще как хороша.
Они с удовольствием выпили по второй.
– Это наш библиотекарь будет.
– Как это так? – нахмурился Крымов. – Не понимаю. Он что, про первобытные времена говорил?
– Да откуда ж мне знать-то? Сказал и сказал. Но и потом, говорит, когда уже святоши с крестами заявились, он своего не упускал. Съезжались к нему со всей России знатные люди в разные времена – и все тайно, а он помогал им.
Трое гостей села Сорочий хутор немедленно переглянулись.
– И как же он помогал? – спросил Крымов.
– Советы давал, – негромко, будто выдала тайну, сообщила хозяйка кафе.
– И какие советы, матушка? – готов был вознегодовать Долгополов.
– Так хорошо твоя наливка идет, дедуля, что сил нет, – вместо ответа констатировала она. – Прям помолодела я. Крылья выросли.
– Так волшебник я по настойкам, матушка.
– Наливай, волшебник. А потом я и про советы того кудесника расскажу.
Антон Антонович торопливо разлил настойку, все трое чокнулись за здоровье. Особенно поспешно выпил сам Долгополов.
– Ну, матушка?
– А такие давал советы: кому как разбогатеть, власть обрести, любовь приворотить. Одним словом, кому что надо было, то и давал благодетель.
– А чем с ним расплачивались за такую милость? – спросил Крымов.
– Откуда мне знать? – пожала полными плечами хозяйка. – Просил чего-то небось кудесник.
– А потом куда он делся? – вопросил возбужденный Антон Антонович. – Благодетель-то? А то: жил, давал, просил. Все в прошедшем времени.