Детектив на даче — читать онлайн бесплатно полностью

- Деда-яги, - поправил меня Петрик и присел так поспешно, словно у него живот прихватило.

Я не успела заботливо справиться о его самочувствии - дружище и меня потянул вниз:

- Спрячься, Люся! Что-то мне подсказывает: незваным гостям тут не рады.

Я тоже опустилась на корточки и, опасливо выглядывая из подлеска, рассмотрела избушку.

Куриных ног у нее не было, но это меня не успокоило. Голые черепа неведомых зверей, водруженные на колья забора вперемежку с глиняными горшками и прозаическими стеклянными банками, намекали, что курьи ножки свободно могли быть сожраны. Вопрос - кем?

- Почему ты сказал, что это избушка Деда-яги, а не его однофамилицы-бабы? - шепотом поинтересовалась я у Петрика.

- Туда смотри! - Он указал мне направление подбородком. - Видишь, там стирка сушится? Рубаха и штаны. А Баба-яга носит юбку. Хоть у Васнецова на картинах посмотри, хоть у Билибина.

- У Билибина Баба-яга в ступе нарисована, - припомнила я. - По-моему, там не видно, какой у нее низ. Может, как раз штаны.

- Люся, серые?! Совсем без декора и с прожженными дырочками? - Петрик всплеснул руками, и мне пришлось несильно стукнуть его по шее, чтобы пригнулся и не высовывался. - Какая представительница прекрасного пола наденет такие убогие порты? Кроме того, внимание на рубаху: она отчетливо мужская.

- Откуда ты знаешь?

- Из истории русского костюма, Люся, откуда еще? Ты посмотри: это же косоворотка с воротником-стойкой, и она удлиненная - до середины бедра!

- И что?

- А то, что женская рубаха длинная - до пят!

- Ладно, убедил. - Спорить с дарлингом по поводу нарядов - дело гиблое. - Это костюмчик Деда-яги. А где же сам старичок?

- В ступе? - предположил Петрик и, как был на корточках, так и двинулся к забору.

Вперевалку, но довольно шустро.

Почти как русский народный танцор, идущий вприсядку.

Я на такие коленца неспособна. Пришлось встать и последовать за другом в полусогнутом виде - а-ля старушка, скрюченная ревматизмом.

«О, сойдешь за Бабу-ягу!» - своеобразно подбодрил меня внутренний голос.

Вслед за Петриком я подобралась к забору и пережила дежавю: вертикально поставленные бревна разделяли такие же щели, как и ставни в нашей хате. Дружище прильнул к одной такой древнерусской амбразуре, я - к другой, и с минуту мы молча обозревали дом и двор Деда-яги.

Картина показалась мне пугающей. Художник Билибин, нарисовавший Бабу-ягу в виде страшной ведьмы с крючковатым носом, пронизывающим взглядом и длинными когтистыми пальцами, оценил бы антураж.

Участок за забором густо зарос сорняками, на заднем дворе вообще стеной стоял чертополох в полтора человеческих роста! Старый бревенчатый дом глубоко ушел в землю. Рассохшиеся деревянные ставни на окнах перекосились и пропускали свет.