Выстрелы… Ну, куда стреляли, когда думали, что под одеялом ты, а не подушки?
– Ну точно не в голову… В ноги!
– А почему? Что мешало убийце выстрелить тебе в голову?
– В смысле? – Тая даже выронила вязанье из рук. – Ты чего такое говоришь, подруга?
– Что-что! – воскликнула Вика гневно, как человек, которого обидели подозрением. – Говорю, что если бы тебя хотели убить, то стреляли в голову! А если в ноги, то хотели…
– Чтобы я не ходила, так? Ерунда какая-то!
– Чтобы ты подольше оставалась в больнице! И чтобы в твоей квартире могли порыться! Я вот лично предполагаю, что они уверены, что у тебя где-то в стенах или в полу спрятан клад! Так что за свою жизнь можешь точно не переживать, им не нужна твоя смерть.
– Успокоила… А я уж надеялась, что стала наследницей американского дядюшки…
Однако шутить все равно не получалось. Наступила пауза. Слышно было только, как позвякивают тихо спицы, Тая довязывала рукав свитера. Пряжа была объемной, шерстяной, красивого красного цвета.
Свитер предназначался известной актрисе кино и театра Елене Масловой, хорошей знакомой Вики. Это был ее первый заказ, и Вика с Таей были удивлены этому потому, что все в киношном и театральном мире знали, что все самые свои красивые шали и свитера, в которых снималась актриса, она вяжет сама. Но объяснение было простым – Лена сильно поранилась ножом и вязать не могла. Театр готовился к гастролям в Германии, и Елена очень хотела играть именно в красном свитере. Хотя кто-то сказал, что в Германии у нее любовник, чуть ли не режиссер театра, в котором они будут выступать, и что этот свитер она собирается надеть для романтической поездки с этим режиссером на его виллу… Словом, как всегда, Викуся собрала все сплетни, но на этот раз они обещали Тае реальный заработок – Елена обещала заплатить прилично, да к тому же еще и перевела ей аванс в двести евро.
Вспоминая, как тепло приняла ее Елена Маслова в своей гримерке, как после того, как были сняты мерки, обе женщины угостились коньяком, после чего распрощались, как настоящие подруги (Вики не было, у нее был мастер-класс в консерватории), Тая улыбнулась. Щелкая спицами и думая о красавице Елене, представляя ее в новом пушистом и облегающем свитере сидящей перед камином в роскошной загородной вилле в обнимку с каким-то там баварцем-режиссером с непременной короткой стрижкой и тонкими губами (наверняка бабником, разбившем не одно женское сердце), она вспомнила еще одного актера этого же театра, в котором служила Маслова. Брови ее нахмурились.
– Как там Макс Тришкин? Он еще не вышел из комы?"
"Не так давно он попал в автокатастрофу, после которой впал в кому.