По хмурому улице тусклым морозным светом мерцала ожившая в кольце ледяных облаков ночная картина старого города, где мир скрытый под глыбами снега был не менее загадочен и тревожен, чем видимая жизнь внутри теплых домиков. Здесь силуэт подоткнувшего мертвую руку женщины и пара мужчин в синих куртках, борясь за способность переместить тело на крых....
Я его закончила, наконец-то…
– Покажешь?
Тая с удовольствием достала из пакета свитер, разложила на диване.
– Ма, у тебя просто золотые руки! – Василиса вышла из-за стола и теперь стояла и смотрела в восхищении на свитер. – Какая роскошь! Дай-ка я его пощупаю… Боже, какой мягкий, пушистый, теплый. Мам, я тоже такой хочу!
– Вот прямо такой же?
– Да! Именно такой!
– Красный!
– Говорю же, точно такой!
– О’кей, вот, возьми клубочек, поищи точно такую же пряжу в магазине и купи килограмм.
Василиса взяла клубок и сунула в сумку.
– Ладно, я побежала… Через пять минут за мной заедут… Ма, я тебя люблю. Будь осторожна… И звони мне, как прилетишь, хорошо?
– Вася…
Тая, еще не уверенная в том, можно ли задать ей, беременной, этот вопрос, замолчала в нерешительности.
– Что? Что случилось? Может, тебе деньги нужны?
– Нет-нет, что ты! Просто хотела тебя спросить… Помнишь, ты на третьем курсе бросила институт и уехала…
– Мам, ты чего это вспомнила?
– Не знаю… Мне тут недавно один странный сон приснился.
– И что? Причем здесь это мое дурацкое замужество? К чему ты клонишь?
– Я заглянула в сонник, оказывается, это к новой судьбе, что ли… Думаю, что и тебе тогда тоже мог бы присниться такой же сон… Ты же сама тогда все решила. Ни с кем не посоветовалась, встретила парня, влюбилась и поехала к нему на край света…
– Ну и что? Дура была.
– Ты бы могла сейчас носить фамилию Воронцова.
– У меня и сейчас хорошая фамилия – Лебедева.
– А как его звали?
– Сергей.
– Почему вы расстались-то? Он обидел тебя?
– Нет, мам, скорее это я его обидела. Он был хорошим парнем, заботливым… Но я не смогла там жить, я могла бы сойти с ума, если бы не уехала… Это же на краю земли… холод, жгучий ветер в лицо… Как вспомню, брррр….
– А как у него сложилась жизнь? Вы с ним после не переписывались, не перезванивались?
– Нет.
– Почему?
– Не знаю… Хотя, наверное, все-таки он уехал оттуда. Он там травму получил, кого-то спасал, что ли, не помню… Что-то с позвоночником. Больницы там, ясен пень, нет. Я звала его в Москву, но он отказался. Сам выбрал свою судьбу.
