Роман рассказывает о судьбах молодых людей в эпоху сталинских репрессий. Главный герой Саша Панкратов становится жертвой политических преследований и попадает в лагеря. Произведение показывает трагизм того времени и борьбу человека за справедливость и выживание в условиях тоталитарного режима.
Раздел Chitat.online для книги «Дети Арбата» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Роман рассказывает о судьбах молодых людей в эпоху сталинских репрессий. Главный герой Саша Панкратов становится жертвой политических преследований и попадает в лагеря. Произведение показывает трагизм того времени и борьбу человека за справедливость и выживание в условиях тоталитарного режима.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Роман рассказывает о судьбах молодых людей в эпоху сталинских репрессий. Главный герой Саша Панкратов становится жертвой политических преследований и попадает в лагеря. Произведение показывает трагизм того времени и борьбу человека за справедливость и выживание в условиях тоталитарного режима.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
И действительно, вскоре всех ссыльных из Рожкова разослали по другим деревням.
В Мозгову из Рожкова прислали двух: некоего Каюрова и женщину, как говорили, члена партии чуть ли не с тысяча девятьсот пятого года, со странной фамилией Звягуро. Звали ее Лидия Григорьевна. Старообразная, некрасивая, с выпирающими зубами, она приехала не одна, а с шестилетним мальчиком Тарасиком.
Привезли ее уже по санному пути. Она остановила возчика возле избы, где жил Саша, вошла к нему и сказала:
— Мне о вас говорил Соловейчик. Вы не подскажете, у кого можно снять жилье?
— Надо подумать, — ответил Саша, — проходите, садитесь.
— Я должна отпустить возчика.
Они вышли на улицу. В санях, закутанный в платок, сидел Тарасик. Лидия Григорьевна вытащила его из саней, Саша взял вещи — два потертых чемодана, перевязанных веревкой, все вернулись в дом. На улице скрипнули полозья — возчик уехал.
Лидия Григорьевна развязала на Тарасике платок, сняла с него нечто вроде шубки, сняла шапку, велела сесть на лавку. Тарасик сел, поглядывая на Сашу.
Саша открыл дверь в кухню, попросил хозяйку зайти. В горницу вместе с хозяйкой зашел и хозяин.
Саша показал на Лидию Григорьевну.
— Это моя знакомая, у кого бы поселить?"
"Старуха посмотрела на мальчика.
— Внук, что ли?
— Внук, — нахмурилась Лидия Григорьевна.
— С ребенком, однако, трудно добыть. Балуются они, дети-то…
— Он не балуется, — сказала Лидия Григорьевна.
— Кто знат, — пробормотала старуха.
— А разве не бывали тут у вас ссыльные с детьми? — спросил Саша.
Хозяйка не ответила, продолжала рассматривать мальчика.
— Звать-то как?
— Тарасом его зовут.
— Брюхановы, однако, сдадут, — сказал старик.
— У Брюхановых девка мешана.
— Девка тиха, не тронет.
Лидия Григорьевна опять нахмурилась.
— А кто кроме Брюхановых может пустить?
Старуха задумалась.
— Сизых? — спросила она у старика.
— Заливает в глотку, — одобрительно заметил старик.
— Нет, нет, это не надо, Тарасик боится пьяных.
— Разборчива ты, — неодобрительно заметила старуха, потом обернулась к Саше. — К Верхотуровым сходи, возле учителки живут.
По дороге к Верхотуровым Лидия Григорьевна сказала:
— С ребенком трудно устроиться на квартиру, хотя он никому не мешает. Боятся другого: если меня заберут, ребенок останется у них. И, пока начальство отправит его в детдом, может пройти и год и два, надо хлопотать, писать, а писать они не умеют.
Верхотуровы запросили тридцать рублей в месяц.
По выражению лица Лидии Григорьевны Саша понял, что она сейчас откажется. Он придержал ее за локоть.
— Ладно, сегодня они к вам переберутся.
Лидия Григорьевна была недовольна.
— Напрасно вы согласились за меня, я не могу и не намерена платить такие деньги.
— Мое согласие ни к чему вас не обязывает, всегда можем отказаться.
