В глубокой долине Дети белой богины - это дети неизвестной, но всемирно уважаемой семьи. Старый N мудро руководит городом-стотысячником, где старые традиции и современное развитие сосуществуют в гармонии. Здесь каждый житель обретает не просто свой путь, но и свое место в великой истории....
Завьялов давно уже раскусил его, хотя причины такого поведения понять не мог. В Германе благополучно уживались два человека, такие разные, что приходилось только удивляться. Недаром же он родился под знаком Близнецов.
- Ты-то откуда все это знаешь? - вздохнул Завьялов. - Ты ж никогда не был женат!
- По-твоему, все дело в штампе, который ставят в паспорте? Вот это самая большая глупость, на которую способен мужчина.
Штамп в паспорте Завьялов поставил вопреки мнению друга. И Машу полюбил уже после того, как стал ей благодарен за оказанное доверие.
- Что ты делаешь?! Тебе же нельзя!
- А что мне, вообще, можно? Пить, как я понимаю, тоже нельзя.
Маша была не настолько умна, чтобы рассуждать о смысле жизни вообще и его в частности. Она была простой русской женщиной, которой откровенно не повезло в первом браке, а теперь разваливался и второй. Она умела молчать и терпеть, — качества в нашей жизни самые ценные. Но терпеть проще на расстоянии. И Маша стала чаще дежурить в больнице по ночам. Он же начал ее ревновать. Когда первый раз появился ночью в больнице, Маша обрадовалась.
- Ты что, меня проверяешь?
- С чего ты взяла? - пробормотал он.
- Неужели ты думаешь, что я способна тебя бросить вот такого... такого... - она замялась, а он моментально вышел из себя.
- Больного, да? А если бы я был здоров? Ушла бы, да? Ну, скажи!
- Саша, перестань.
- Ты либо прячешься от меня, либо...
Он боялся произнести вслух свое подозрение, что у Маши появился любовник, поэтому, громко хлопнув дверью, выскочил на улицу.
Городская больница находилась на самой окраине N, на пересечении двух дорог. Одна огибала Фабрику, другая вела в Долину Бедных. От дома, где жили Завьялов и Маша, до больницы было минут пять-семь быстрым шагом и столько же от нее до коттеджа, в котором жил Герман. Завьялов, выйдя от Маши, направился было к нему, но передумал и развернулся на полпути.
