В городе N разворачивается цепь жестоких убийств и актов вандализма. В центре криминальной драмы оказываются дочери мэра, следователь прокуратуры и семья экс-оперативника. Любовные треугольники, скрытая ненависть и опасная зависть становятся взрывчатой смесью, в которой каждый может быть и...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Дети белой богини» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
В городе N разворачивается цепь жестоких убийств и актов вандализма. В центре криминальной драмы оказываются дочери мэра, следователь прокуратуры и семья экс-оперативника. Любовные треугольники, скрытая ненависть и опасная зависть становятся взрывчатой смесью, в которой каждый может быть и...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В городе N разворачивается цепь жестоких убийств и актов вандализма. В центре криминальной драмы оказываются дочери мэра, следователь прокуратуры и семья экс-оперативника. Любовные треугольники, скрытая ненависть и опасная зависть становятся взрывчатой смесью, в которой каждый может быть и...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
- У гаишника этого и у Горанина.
- Так, может, кто перепутал?
- Может, и перепутал. У нашего Германа ненавистников много.
У него перехватило дыхание - не в бровь, а в глаз! Но тут одна из кумушек всплеснула руками:
- Ой! Сериал же начался! Заболтались мы с тобой!
- Пойдем ко мне, муж-то аккурат опосля сериала с работы придет, я уж привыкла. Как по часам сверяюсь. А потом мы на дачу. Тебя не подвезти?
- Спасибо, выручите. Капуста-то еще сидит.
- Да и мы по капусту. Только не рано ли? С месяцок бы еще посидеть.
- А говорят, у соседей половину кочанов уже срезали. Надо бы поспешить.
-Да что ты?!
Продолжая обсуждать животрепещущую тему, воровство на дачах, обе направились к подъезду. Он нагнулся, чтобы завязать шнурок, и тут увидел это. Ломик, о котором говорили женщины. Кто-то засунул его под лавку да так там и оставил. Вытащив ломик, повертел его в руках. Гм-м-м... Что-то знакомое. Вещицу эту он уже держал когда-то в руках. Знакомая вещица...
Его размышления были прерваны вышедшим из-за угла дома человеком. Высокий широкоплечий мужчина, насвистывая, направлялся к разбитой машине. Его темные волосы ласково трепал ветерок, накинутая на плечи кожаная куртка подчеркивала ладность мощной фигуры. Так выглядеть и вести себя мог только один человек в городе - Герман Горанин. Пришлось быстренько зайти в подъезд и уже оттуда понаблюдать за ним. Тот подошел к машине, потрогал разбитую фару. Потом присел на корточки, осмотрел бампер, поднявшись, внимательно стал разглядывать лобовое стекло.
На улице было тихо и безлюдно: популярный сериал уже начался. Оглянувшись по сторонам, Герман Горанин подошел к лавке и заглянул под нее. Когда распрямился, лицо у него было озадаченное.
- Не это ищешь? — спросил Завьялов, выходя из подъезда.
Герман вздрогнул:
- Зява, ты? Что ты здесь делаешь?
- Гуляю. Прогулки на свежем воздухе полезны для моего здоровья, - усмехнулся он. - Разве не так?
- В общем-то...
Герман выглядел растерянным. И не отводил глаз от ломика в его руке.
- Так ты это ищешь? - Александр качнул тяжелой железкой.
- В общем-то... Да. Это.
- На. Возьми.
- Откуда он у тебя? - с опаской спросил Горанин, не притрагиваясь к ломику.
- Нашел. Под лавкой.
- А зачем ты туда полез?
- Шнурки хотел завязать. Гляжу - он лежит Думаю, хорошая вещь, в хозяйстве пригодится. А ты здесь какими судьбами? Вроде бы должен быть на работе. Это я человек свободный.
- Да вот, проходил случайно, - растерянно пробормотал Герман, но потом быстро взял себя в руки: - Решил посмотреть, не осталось ли здесь еще каких-то вещдоков. Владелец машины рвет и мечет. Скандал устроил у меня в кабинете. С ним надо осторожно: большой начальник.
- Ну да. Ты с такими не ссоришься.
- А тебе, как я вижу, не полегчало, — мрачно сказал Герман.
- Ты ломик-то возьми.
