В глубокой долине Дети белой богины - это дети неизвестной, но всемирно уважаемой семьи. Старый N мудро руководит городом-стотысячником, где старые традиции и современное развитие сосуществуют в гармонии. Здесь каждый житель обретает не просто свой путь, но и свое место в великой истории....
—Герман обернулся, посмотрел в сторону Фабрики, словно кого-то ждал, и повторил: - Я стою. Давай спокойно поговорим.
- Ну давай поговорим.
- Где она?
Завьялов понял, что речь идет о Веронике. И кивнул через плечо в сторону особняка:
- Там.
Герман сделал шаг вперед, словно хотел на него броситься. Он поднял пистолет:
- Ты думаешь, я шучу? Все, конец тебе, Гора. Я поймал тебя за руку.
- Хорошо. Ты меня поймал.
- Ты взял рисунок. Думал, что я сплю, да?
- Нет. Я так не думал. Я не ложился. Ждал. Но мне и в голову не пришло, что ты взял пистолет! Какой же я кретин! Идиот! Сам виноват!
- Я хочу, чтобы ты сейчас вошел в дом.
- Зачем мне идти в дом?
- Надо. И не в!думай убежать. Ты сказал: чтобы найти убийцу, найди самого опасного для себя человека. А мне не надо его искать. Это ты.
- Ты ошибаешься, Саша. Убери пистолет.
- Нет. Ты убил Машу. И Косого ты убил. А'ночью вывез его труп и бросил у пивнушки.
- Хорошо, хорошо. Я...
- Стой на месте!
- Хорошо, ты же видишь, я не двигаюсь.
- Ты брал мои рисунки. А потом делал это. Крушил, убивал. Вот и сейчас... Он же у тебя в руках! Рисунок! Но Ника... Я избавил ее от тебя! Ты слышишь? Навсегда!
- Значит, все-таки сделал... Не прощу... Никогда... - скрипнул зубами Герман. Лицо у него стало страшное, как тогда, когда целился в Павно-ва. - Если бы я знал, что до этого дойдет, я бы...
В конце длинной прямой вдруг показались яркие огни. Свет автомобильных фар. Машина. Он не слышал, как она ехала по Долине Бедных, а Герман, должно быть, слышал.
- Не вздумай убежать, - предупредил он. -И не вздумай достать из кармана нож.
- Какой нож?
- Тот самый. Он у тебя в кармане, я знаю. Подними руки."
"Машина подъезжала все ближе, и он с удивлением понял, что это милицейский «уазик». Свои. Кто же вызвал милицию? Неужели Вероника? Аи да умница! Ждала его, ждала, а потом выглянула в окно. И увидев, как он держит на прицеле Германа, вызвала милицию.
- Ну, вот теперь все, - вздохнул он с облегчением.
- Вот теперь все, — откликнулся Герман. — Положи пистолет на землю, Саша. Тебя сейчас отвезут в больницу. Давай по-хорошему. Положи пистолет. Ну, давай.
- В больницу? В какую еще больницу?
- Ты болен. Уже давно.
-Это ты болен!
- Давай, Саша. Ты же не хочешь, чтобы погибли еще люди.
- Еще? Люди? Какие люди?
- Ты же давно все понял.
- Что я понял?
- Ты убил свою жену.
-Нет...
