После трагической смерти отца Надинька осталась сиротой и потеряла дом. Её надежда — любимый Сереженька, но он полностью поглощен строительством первой в мире атомной станции. Героине предстоит найти своё место в жизни и разобраться в своих чувствах среди грандиозных перемен эпохи.
Раздел Chitat.online для книги «Девчонки, я приехал!» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
После трагической смерти отца Надинька осталась сиротой и потеряла дом. Её надежда — любимый Сереженька, но он полностью поглощен строительством первой в мире атомной станции. Героине предстоит найти своё место в жизни и разобраться в своих чувствах среди грандиозных перемен эпохи.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
После трагической смерти отца Надинька осталась сиротой и потеряла дом. Её надежда — любимый Сереженька, но он полностью поглощен строительством первой в мире атомной станции. Героине предстоит найти своё место в жизни и разобраться в своих чувствах среди грандиозных перемен эпохи.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Девчонки, я приехал!» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
– Ты что? – заговорил Коля взволнованно. – С ума сошла? Зачем ты его зовёшь? Он зэка! В неприятности хочешь вляпаться?
– В какие неприятности, Коля? Его же освободили! Сейчас многие возвращаются, кто был ошибочно осуждён, а Яков Михайлович ни в чём не может быть виноват! Он первоклассный доктор, мама так говорила!
– Да пойми ты, сейчас они, может, и возвращаются, но не факт, что опять не начнут шпионить и вредить народу!..
Надинька посмотрела ему в лицо и спросила недоверчиво:
– Яков Михайлович – вредить?..
– Они знаешь какие ловкачи, шпионы эти! Кем хочешь могут прикинуться! И вообще! Врачи Сталина залечили! Так что пусть идёт куда знает, а ты не встревай!
Надинька помолчала немного.
– Яков Михайлович, – заговорила она громко, подошла и взяла доктора под руку. – Поедемте, правда! Холодно, а я снегу в боты начерпала.
– Надежда, – предупредил Коля, – я вынужден буду в комсомольскую ячейку сообщить!..
– А ведь и правда, – неожиданно согласился доктор. – Неприятности могут выйти. Отправлюсь-ка я в Можайск. Там ученик у меня, возможно, примет.
Надинька всегда считала себя слабой и нерешительной, но сейчас!.. Как она может отпустить доктора, ведь он уже здесь, он вернулся, он был там, в прошлом, он знал и любил их всех, а теперь он рядом, а это значит – ничто не потеряно безвозвратно.
– Яков Михайлович, – сказала она очень твёрдо, – я теперь заболею, точно говорю. У меня ноги совсем замёрзли. Если вы уедете в Можайск, кто меня станет лечить?.. И Агаша не простит, если я вас сейчас отпущу!
Доктор поднял на плечо вещмешок и сказал:
– Вся в мать. Та тоже храбрая была.
И они зашагали по дороге обратно к станции. Коля потоптался и отправился следом.
На полдороге поднялся ветер и началась настоящая метель.
Февраль, 1957 год
Трамвайным звоном зашёлся телефон на стене в конторке механосборочного цеха.
– Алё! Алё!
– Механосборочный? Начальник КБ у вас?
– С утра был, а сейчас кто его знает!
– Пусть к директору бегёт! Алё, алё! Слышали? Пусть бегёт к директору!
– Да где я его тебе возьму, милая? Ежели тута он, передадим, а ежели нету, ищите сами!..
Старший мастер дядя Коля Логунов приткнул трубку обратно на аппарат, посмотрел вниз, в цех. И первым делом увидел как раз начальника КБ!.. Он что-то говорил рабочим, размахивал руками и аж приплясывал как будто.
Дядя Коля постучал было в стекло, но где там! Из цеха поднимался такой шум, какой помнился дяде Коле только на войне, когда «работали» одновременно артиллерия и авиация. Пулемётной дробью стрекотали пневматические молотки, гудел металл, громыхали трубы.
Дядя Коля напялил засаленную кепочку с пуговкой, сунул за ремень рукавицы и по металлической лесенке стал спускаться в цех.
