Девятный Спас — читать онлайн бесплатно полностью

 — Ромодановский взял англичанина крепкими пальцами за серебряную пуговицу, как бы от сердечности, добра желая. — Этак и мы умеем. Подумай о сём, Чарлз Иванович. А ещё поразмысли об ином. Есть в Европе государственные мужи, кто из-за шведского великого наступления нас уже в нежильцы списал. Однако все под Богом ходим. Даже и ерои развеликие вроде шведского короля. Как бы оскорбителям российским потом горько каяться не пришлось.

Смысл этого речения был вот какой. Витворт сегодня же срочной почтой отпишет своему министру, что Ромодановский замыслил Карла шведского тайнокозненно истребить. И хотя ничего такого Фёдор Юрьевич не удумывал (монарх, хоть бы и враждебный — помазанник от Бога), но англичане пускай в затылке зачешут. Без Карла шведское войско в грозности потеряет вдвое, а то и вчетверо.

Но поверил ли посланник, нет ли, по его сухому крючконосому лицу было не понять.

— Ваше височэство отривал мне пуговиц, — вежливо сказал Витворт, и только.

После англичанина подошел Ромодановский к цесарцу графу фон Клосски, румяному и миловзорному мужчине, записному таланту. Стал расспрашивать про молодого императора Иосифа, о котором рассказывали, что он будто бы новый Шарлемань — до того разумен и дальновиден. С тех пор, как новый цесарь взошёл на престол, весь ход большой войны, ранее благоприятный для французов, начал оборачиваться в противную сторону.

Граф Клосски начал хвастать военными успехами австрийской армии, но Фёдор Юрьевич ему спеси приубавил:

— Пишут, будто его цесарское величество дал большие вольности силезским протестантам, хоть они вашей католической вере лютые враги. И будто бы сделано это из страху перед шведским Карлом, который тем силезцам единоверец.

Красавец резидент стал спорить, но Ромодановский уже не слушал. Высматривал, кто тут ещё есть.

Французскому бесхарактерному резиденту д'Антрагу тоже надо будет внимание оказать — для равновесия, но это после. Пруссаки обойдутся, мы их ныне не привечаем. Голландец невелика птица. Саксонец тем более. Значит, настало время потолковать о главном.

Фёдор Юрьевич взял за локоть кронпрынц-гофф-обер-камергерра (по-старинному царевичева дядьку) Александра Кирьякова и отвёл чуть в сторону, чтоб чужим было не слышно.

Человек это был свой, надёжный. Невеликого рода, выдвинулся службой, а таких и государь, и князь-кесарь ценили больше всего. Когда у слуги ни вотчин, ни сановной родни, ни боярской спеси, одно ему заступа и опора — царская милость. Нужно лишь, чтоб умом был проворен, поступками расторопен и остер, как сабля. Наточенная сабля — она ведь что? Кто не умеет с ней обращаться, сам обрежется. Зато в руке опытного мастера хороший клинок смертелен.